Я тут же вскочила на ноги, собираясь просить его передумать. Мне необходимо было встретиться с персоналом этого ранчо. Но дело было не только в этом. Мне хотелось, чтобы он показал всем, что я принадлежу ему, как показал это пару минут назад мне. Хотелось доказать, что я могла быть той женщиной, которую желал видеть рядом с собой Рив.
Но прежде, чем озвучила свою просьбу, Рив повернулся ко мне.
— Как это будет выглядеть со стороны? Днем ты была в доме другого мужчины, а вечером ужинаешь со мной. Будто я не в состоянии удержать свою женщину под контролем. Пока ты не научишься вести себя соответственно, я не могу заявить всем, что ты моя.
Внутри все оборвалось. Судя по всему, Рив действительно очень хорошо меня понимал. Знал, чего я больше всего хотела, и отказывался давать это мне. Вот оно настоящее наказание. Этим он хотел причинить мне боль, и у него это отлично получилось.
Рив положил руку на ручку двери и остановился, чтобы сказать:
— И, Эмили, можешь принять душ, но не занимайся самоудовлетворением. Я знаю, ты хочешь, но решать, заслуживаешь ли ты это, буду я. На данный момент ты не заслужила.
Рив ушел, и я знала, что он был прав. Я не заслужила.
Глава 20
Я постояла под душем подольше, чтобы хорошенько выплакаться. Слезы смешивались с горячей водой, поэтому на них было проще не обращать внимания. Закрыв глаза, я подставила лицо под струи воды, чтобы смыть соленые капли. Если бы попробовала их на вкус, пришлось бы признать, что я плакала. А признав это, пришлось бы признать и причину этих слез.
К тому времени, как я решилась вылезти из душа, вода стала уже холодной. Однако до встречи с Ривом все еще оставалось несколько часов. Поэтому я выпила бокал вина, поковырялась в салате, и, когда уже больше не могла всего этого вынести, собралась и вышла из дома. Еще даже семи вечера не было, но Рив сказал, что мне следовало быть в его постели к десяти. А ждать назначенного времени в комнате Рива, будучи окруженной его вещами и запахом, куда приятнее, чем дома в одиночестве.
Мне нужно было взбодриться, поэтому я припарковалась у небольшого магазинчика и зашла за кофе со льдом. Наполнив стаканчик напитком, остановилась возле стойки с журналами. Нервно покусывая торчащую из стаканчика соломинку, выискивала на обложках знакомые лица. Когда кто-то подошел ко мне сзади, я, не оборачиваясь, шагнула немного в сторону, чтобы дать человеку пройти. Но он лишь еще ближе подошел ко мне. Слишком близко.
Я напряглась.
Моей шеи коснулось тяжелое дыхание, за которым последовал тихий шепот:
— Если за тобой следят, не оборачивайся. Просто кивни.
Я обернулась, чтобы взглянуть на этого человека.
— Господи, Джо. Ты напугал меня до чертиков.
Я переживала из-за того, что Рив мог следить за мной, и мне не хотелось, чтобы меня увидели вместе с Джо, поэтому выглянула в окно, проверяя, не видно ли той черной машины.
— Что ты здесь делаешь? — спросила я через плечо.
Джо взял в руки журнал «Звезды Голливуда» и начал перелистывать страницы.
— Хотел убедиться, что ты в порядке. Знаю, что Рив был у тебя.
Класс, теперь за мной следили двое.
— Все хорошо. Я же сказала. Все замечательно.
Человек, у которого на самом деле все замечательно, вряд ли так настойчиво стал бы это повторять.
— Да, сказала. Но я хотел лично убедиться, что твое «все хорошо» — искреннее. Мне важно было это проверить.
Я поймала в окне его отражение. Он внимательно рассматривал журнал, будто всецело был поглощен им, а не разговором со мной. Джо пытался меня защитить. И это было очень мило с его стороны, поэтому я постаралась спрятать свое раздражение куда подальше.
Уверенная, что снаружи не было никаких машин, принадлежащих Риву или его людям, я спокойно повернулась к Джо.
— Теперь ты убедился. Спасибо. Я ценю это.
— Так значит, ты в безопасности?
Этого я не знала.
Но не хотела, чтобы Джо волновался.
— Джо, все хорошо. Честное слово. Спасибо, что приглядываешь за мной. И отдельное спасибо за то, что ты осторожен. Мне не хочется, чтобы Рив узнал об этом расследовании. Или о тебе, раз уж на то пошло. Он оказался слегка ревнивым.
Как бы меня это ни раздражало, но это, все же, был признак того, что я хоть что-то значила для Рива.
И, не дав Джо сказать даже слова, добавила:
— И ревнивый не в том смысле, что он может навредить мне, так что не переживай.
И все же, Рив причинил мне боль. Просто меня все устраивало. Физического вреда Рив мне не нанес.
— Ладно, — неохотно согласился Джо. — Оставлю тебя в покое. Но, для начала, мне бы хотелось показать тебе кое-что, что я увидел сегодня. После твоего звонка.