— Чтоб тебя!
Селла в сердцах сплюнула и раздражённо вышла из комнаты, понимая, что сейчас от Нирры ничего не добиться. День ещё был в самом разгаре, а обе Руки были никакие, взвалив всю работу по замку на неё. Как будто и без них своих забот не хватает!
Нирра пришла в себя только ближе к ночи, когда зажглись, разгоняя темень факелы во дворе. Она робко постучалась в дверь к Владетельной и зашла с виноватым выражением на лице
— О! Кого я вижу! — преувеличенно радостным тоном произнесла Селла. — Как спалось, Правая Рука? Кошмары не мучили?
— Селла… Прошу тебя — не начинай! Сама знаю, что виновата. У тебя водички нет?
— А чего водички? Давай лучше винца налью!
Лицо Правой позеленело и та, явно сглотнув комок подступающий к горлу, резко замотала головой из стороны в сторону.
— Фу… Не напоминай мне о нем — и так мутит! Никогда больше к этой гадости не притронусь!
Видя её тяжёлое состояние Селла сжалилась, лично налила воды из кувшина и пригласила за стол.
— Ну что, пьянчужка, рассказывай! Как ты так нажралась вчера?
— Была бы и ты со мной — вместе сейчас похмельем страдали! Уж поверь мне! Знаешь, подруга, я тебя очень прошу! Если когда-нибудь я ещё раз с Егг-Орром выпить соберусь, то запри меня в комнате и не выпускай покуда эта дурная затея из моей головы не уйдёт!
— Так всё плохо было?
— Что ты! Хорошо! Даже очень! А вот потом плохо… И сейчас тоже…
— Ну свои переживания себе оставь и по делу говори? Что там у него выведала?
— Давай начну с главного… Во-первых — никогда не садись с ним пить! Висельник даже мертвого напоит так, что тот и не заметит! А во-вторых — нет смысла ему не доверять. Он мне много чего рассказал… Из странного и страшного мира этого человека к нам забросило. Он в таких кровавых войнах между людьми участвовал, что мы с нашими Серыми Тварями просто сопливые девчонки по сравнению с ним! Только опасаться Егг-Орра не стоит — чести и ума ему не на одну Защитницу хватит. Я с таким спокойно бы против Тварей на «ловен» встала, не опасаясь за свою спину! Чем больше я думаю — тем больше понимаю, что это сами Сёстры его послали в Кнара, видя все наши трудности и беды! С виду Левый злой и опасный, а на самом деле душевный и правильный человек! Вот так! Кстати, просил передать, чтобы волнений среди мужчин не опасалась! Он верен клятве данной тебе и отступать от неё не намерен!
— Радостно слышать! А теперь давай, Ниррка, всё по порядку! Мне тоже интересно про другие миры послушать — не всё ж тебе одной! Кстати! По пьянке его в кровать не затащила? — ехидненько поинтересовалась Селла.
— Не… Вроде… — неуверенно произнесла Правая. — Смутно помню… Кажется целоваться лезла, но раз одетая проснулась — значит, Сёстры уберегли! Давай, я не про себя, а про него лучше — это намного интереснее!
В покоях Владетельной ещё долго этой ночью горел свет. И если бы кто-нибудь смог заглянуть через окно в её комнату, то увидел бы, как одна женщина, размахивая руками с жаром и азартом рассказывает что-то, а другая завороженно её слушает, открыв от удивления рот.
После той пьянки прошел уже не один день, но я до сих пор хвалил себя за то, что тогда не отказался от предложения Правой Руки. Отношения между мной и Владетельной хоть и не стали совсем «безоблачными», но уже тянули на вполне доверительные. Как я и предполагал, Нирра передала весь наш разговор и Хозяйка замка, оценив всё услышанное дала положительную оценку моей благонадёжности. С Правой, вообще, подружились, насколько это возможно при нашем разном социальном положении. Выпивать больше с ней не садились, но частенько разговаривали не только по делу, а и просто так. Со стороны может показаться, что это мелочь, но, если учесть, что она второй человек в замке после Селлы-Орр-Кнара, то такая ее дружба не могла не сказаться и на отношении ко мне других Защитниц. Естественно, что вровень с собой женщины меня не ставили, но и не смотрели как на слугу, частенько перекидываясь со мной простыми, ничего не значащими разговорами и шуточками, что для любого простого мужичка было бы верхом признания. Я особо не наглел, вел себя дружелюбно и уважительно только иногда допуская с некоторыми из них чуть больше положенного.
Задний двор благодаря моим усилиям всё больше напоминал чёткую армейскую структуру со своими офицерами, прапорщиками и сержантами. И хотя я частенько делал инспекционные вылазки по всему хозяйству, но тотальный контроль на местах отлично осуществлялся и без моего участия. Постепенно освободив себя от тяжёлой работы быть «в каждой бочке затычкой», я стал задумываться и о «прогрессорстве». Тут, правда, с моими знаниями было особо делать нечего — люди с рождения живущие на земле намного лучше меня разбирались во всех аспектах своей работы и не особо нуждались в поучениях бывшего городского жителя.