— Егг-Орр… Егг-Орр… Опять он! Да вы что?! С ума на нём все посходили?! — Селле как нельзя не вовремя пришла в голову злая реплика Правой про «мятые сиськи». — Он чужак! Кто знает, что у него в голове?!
— А ты не торопись… — Леммия примирительно улыбнулась. — Просто послушай, как мы там под землёй сидели и уже думай сама — права я или весь ум растеряла.
Налив себе вина в кружку, старая воительница выпила и начала неторопливый подробное повествование…
— …и вот мы вышли из убежища. Кругом, как всегда суета и неразбериха началась. — Закончив свой рассказ о житье под землёй, Леммия перешла на события, которые сейчас происходят в замке. — Кто-то блевал, увидев развороченные трупы, те, кто посильнее желудком или более привычные пытались что-то сделать, бестолково хватаясь то за одно, то за другое, а большая часть просто стояла и глазами хлопала! Тарун пытался народ организовать нормально, но его почти никто и не слушал. Сама знаешь, что после выхода почти у всех головы дурные. И тут этот Егг-Орр как рявкнет во всё горло: «Всем стоять!!! Слушать меня!!!». Ты, Селлочка меня знаешь — я не из робких, а здесь чуть штаны не обмочила от неожиданности! Про остальных говорить не приходится — присмирели мигом и на него вылупились. Подозвал он меня, Таруна и… Яру твою. Словно настоящий Правый сразу назначил над семенниками главой Таруна, меня, старую, над женщинами из убежища поставил, а Яру над детьми. И делал всё привычно, как будто долгие годы этим только и занимался.
— Он знает, что она моя дочь? — напряжённо спросила Селла.
— Вряд ли! Он вообще мало ещё в нашей жизни разбирается и ему невдомёк, что вместе с нами и Наследница Кнара была. Не удивлюсь, если он о её наличии даже не догадывается.
— Хорошо… Пока не говори ему.
— Так я не скажу — другие скажут!
— Скажут. Но позже, а не сейчас. Понятно?
— Понятно — как не понять! С Наследницей он себя по другому вести будет, а не как с простой девчонкой.
— Вот-вот!
— Так о чём это я? — вспомнила о прерванном рассказе Леммия. — Ах, да! Дал он нам каждому свои задания. Дети ищут живых, оказывают им помощь, а если не могут — зовут взрослых. На Таруне скотина, еда и прочие хозяйственные дела в которых мы, женщины, мало смыслим. Ну, а мои должны завалы разгребать, кровь замывать и мертвых в одно место складывать. Причем воительниц и Серых Тварей отдельно. Каждому из нас троих приказал…
— Приказал!!! Мужчина ВСЕМ приказывал?!! — взвилась Нирра. — И вы, как овцы послушались?!
— Да послушались! Тем более, он так приказывает, как тебе, Правая Рука, до самой старости не научиться! — огрызнулась Леммия. — Не перебивай! Значит, приказал он нам самим не суетиться, а разбив всех на группы, назначить старших над ними, которые и будут перед нами троими отчёт держать и указания получать. И знаешь что? Дела пошли на лад! Каждый знает, что ему делать, а мы, старшие, видим где надо в первую очередь напрячься, а где и после можно! Никто никому не мешает и двойную работу не делает! Вот так вот! Я сейчас у тебя, Владетельная, а там работа вовсю идёт без лишних окриков и паники. Каждый при своём месте. Если нет ко мне вопросов больше, то пойду я во двор… «сиськи мять» — ехидно поддела старуха Нирру. — Там уже мои старшие наверное ждут, чтобы доложиться и новые указания получить.
— Спасибо тебе, Леммия. — слегка склонила голову Хозяйка замка. — И за мысли твои, и за честность. А на Нирру не обижайся — не со зла она! У меня тоже голова сейчас «кругом» от твоих рассказов!
— Вот ещё обижаться! Да я по молодости тоже горячая была — так что всё понимаю!
Благожелательно улыбнувшись «нахохлившеийся» Правой, Леммия вышла плотно закрыв дверь.
— Нет! Ну ты слышала! Уже семенник в замке приказы раздаёт!
Нирра никак не могла успокоится. Особенно её задели слова ветерана, что какой-то мужичок был бы лучше её на посту Правой Руки.
— Вот ведь позор! Бывшие воительницы исполняют приказы не пойми кого! Совсем совесть потеряли!
— Скажи мне… — вкрадчиво произнесла Селла. — Сколько сейчас в замке бывших воительниц?
— Да дюжины три! Кто по старости, а кто по ранению из Защитниц ушел.