Катя, покрутив по сторонам головой, сделала непонимающую рожицу и серьёзно заявила.
— В той комнате, где сплю, других детей не видела, особенно таких, о которых говорит дедушка.
Ярый на полном серьёзе переспросил.
— А ты считаешь себя правильной, хорошей и послушной?
— Конечно да, иначе со мной никто бы не водился. Да и не может быть у дедушки-генерала плохой и невоспитанной внучки. Деда, что ты так на меня смотришь. Я не права? Может быть плохая и невоспитанная? Правда? Тогда думаю, что не в ребёнке дело, а в…
Не дожидаясь шлепка по попе, соскользнула со спины Дмитрия Михайловича и с хохотом стала быстро одеваться. Спустя минуту стояла рядом с взрослыми, потупив глаза и сложив ручки на груди.
— Уважаемые, я полна смирения и послушания, — но уже через секунду громко и звонко захохотала, вызвав улыбки у обоих взрослых.
— Да, Сергей Павлович, не грустно Вам дома, это точно, — заметил Дмитрий Михайлович и, обратившись к девочке, задал вопрос. — Малыш, вчера ты была несколько иной, более смышлёной и серьёзной, но, если честно, такой ты мне больше нравишься. Идём завтракать?
Катя, попросиив минутку, забежала в ванную и вскоре оттуда вышла умытая и причёсанная девочка, которая, протянув обе руки взрослым, почувствовав, что её ладошки взяли в руки, потащила изо всех сил из комнаты.
* * *
— Ну что, мои дорогие, этот остров устраивает? — Олег на малом ходу подошёл к берегу и, заглушив двигатель, поднял мотор. Лодка по инерции скользнула пару метров и ткнулась носом в песчаный берег.
На небольшой площадке уже стояли две палатки, ожидавшие своих жильцов.
Виктор Константинов первым перелез через борт, подхватив протянутую Белым верёвку, вылез из воды на берег и привязал шнур к близлежайшему дереву. Посмотрел на людей, сидящих в лодке и, ни слова не говоря, пошёл к палаткам.
— Эй, мужчина, а женщинам помочь слабО? — с ехидцей окликнула его супруга. — Мы же без резиновых сапог. Что, тоже прижётся лезть в холодную воду?
Из палатки, куда нырнул Виктор, не раздалось ни звука. В лодке затихли, ожидая вердикта своего квартирмейстера. Спустя время из палатки донеслось бульканье, словно кто-то переливал содержимое бутылки в другую посуду или в…
— Витька, гад такой, — супруга Константинова встала в лодке в полный рост и разразилась ругательствами. — Ты, паразит, если сейчас хоть немного выпьешь, получишь от меня… получишь… Ничего не получишь, понял? Я с тобой вообще разговаривать месяц не буду. Вот только попробуй напиться!!!
Олег, сидя на баллоне лодки, еле сдерживался, что бы не заржать в полный голос. Он привык за многие годы к своеобразному общению Виктора с женой. Те ругались, как казалось другим, просто по-страшному, а знающие — только улыбались, так как вся ругань была, скорее рассчитана на зрителей. Эти люди безумно любили другу друга и дорожили своей близостью. К тому же Белый знал, что в палатках ни грамма спиртного нет, только пара бутылок с гранатовым соком, который обожали обе женщины и большая бутыль на пять литров питьевой воды. Тем не менее, ничего не сказал, а стал ждать развития событий.
— Давай сюда иди, долго я буду ещё тебя звать? Вылезай из палатки, гад этакий!!!
Из палатки и в самом деле, буквально на карачках, вылез Виктор. Если бы Олег не знал, то подумал бы, что тот и в самом деле нажрался и стоять уже не может.
Константинов так же, на карачках, подполз ближе к берегу, посмотрел пустым взглядом на лодку, потом покрутил головой по сторонам и… пополз обратно, бормоча вроде как про себя, но достаточно громко.
— Мне показалось, что и здесь моя жёнушка появилась. К счастью, это глюки. Как же хорошо побыть одному на необитаемом острове, где нет никаких женщин. Боже, спасибо тебе, что избавил хоть на пару дней от понукания и постоянного надзора. Радость-то какая…
В этот момент Олег и его супруга, переглянувшись, посмотрели на совершенно растерянную жену Виктора и в полный голос захохотали.
Виктор же, продолжая играть, упал на траву плашмя и по-пластунски пополз в сторону палаток с криками. — Врёшь, не отберёшь. Всё, что спрятал выпью и сьем, — но, не выдержав, тоже засмеялся. Встал и подошёл к лодке.
Его супруга, до конца не веря, приказала. — Дыхни, паразит, а то сейчас поплыву домой, — чем вызвала ещё больший взрыв смеха.
— Милая моя, — Виктор, сделав шаг в воду, буквально выхватил из лодки свою супругу, и на руках так и отнёс её к палатке. — Я же пошутил, а ты сразу начинаешь ругаться. Перед ребятами же стыдно.
Когда опустил женщину на землю, та подняла глаза вверх, а ростом была намного ниже своего супруга, скомандовала. — Смотри мне в глаза и не шевелись. Не вздумай убегать. Наклонись и дыхни. Если почую хоть немного алкоголя, останешься без обеда и ужина. Понял?