Вообще, все это изрядно его удивило. Сириус пребывал в твердой уверенности, что уж у кого-кого, а у сына Джеймса Поттера точно не могло возникнуть никаких затруднений, и он легко должен бы был овладеть этим навыком.
Немного посовещавшись, они сделали вывод, что одной из причин мог стать уже известный им эффект, когда одно-единственное заклинание действовало сразу на двоих. Может быть, эти заклятия, подобно боггарту, тоже пытались «работать» одновременно с ними обоими, и из-за этого никак не могли дать четкий ответ?
Они дошли даже до того, что решили проконсультироваться с известным им сотрудником Отдела Тайн. В конце концов, Грэй сам говорил, чтобы к нему обращались, если что...
— Пожалуй, я соглашусь с вашими выводами, — заключил он, выслушав их. — Судя по всему, как и в случае с легилименцией, имеющиеся методики попросту не рассчитаны на подобное.
— То есть, у нас ничего не получится?
Обида и разочарование Гермионы легко чувствовались как в словах, так и в мыслях.
— Я бы не был столь категоричен, но вам, судя по всему, потребуется какой-то принципиально новый способ.
— Не стоит воспринимать это, как руководство к действию, — добавил он парой мгновений спустя. — Подобные эксперименты не просто так считаются одними из самых опасных. Хотя, конечно, со своей собственной жизнью вы вольны делать все, что вам заблагорассудится...
— К слову, часть заклинаний, что вы использовали, применяются и колдомедиками для обследования. Так что, подобный эффект может создать вам определенные проблемы...
* * *
Год закончился безоговорочной победой Рейвенкло. В своей последней игре сборная этого факультета одолела Слизерин и завершила таким образом сезон, не проиграв ни одного матча. Но, первыми они стали не только в квиддиче: даже без учета баллов, полученных за полеты на метлах, они уверенно лидировали в общем межфакультетском соревновании, где, в результате, и победили с огромным отрывом от всех прочих. Таким образом, триумф был неоспоримым. На прощальном пиру студенты Рейвенкло гордо выставили на свой стол сразу оба кубка.
Весьма довольными выглядели и те ученики, что сидели за столом Хафлпаффа, уверенно пристроившиеся на втором месте. И если не учитывать баллов за квиддич, то их отставание от лидера было не столь уж и велико. Возможно даже, что не будь этой игры, то стены Большого Зала сегодня были бы заняты барсуками вместо гордо раскинувших крылья орлов. Но даже несмотря на это, лить слезы никто из занявших почетное второе место не собирался. В обозримом прошлом этот факультет обычно оказывался по итогам года на третьей-четвертой позиции, что во многом и обеспечивало репутацию «тупиц». Так что сейчас они были более чем удовлетворены достигнутым результатом и даже позволяли себе снисходительно посматривать на обычных лидеров гонки — Слизерин и Гриффиндор, оказавшихся нынче в самом хвосте.
Представители же этих двух факультетов, во время объявления результатов, в большинстве своем были печальны и угрюмы. Разговоры за их столами почти не велись, ученики с мрачными лицами молча переваривали услышанное, тщетно пытаясь понять, как же так получилось.
«Знаешь, Гарри, я вот никак не могу понять, почему результат стал для всех такой неожиданностью».
«Ты это к чему?» — размышлявший совсем о других вещах, Гарри не смог быстро переключиться на новую тему.
«Посуди сам, — в мыслях Гермионы четко высветились четыре трехзначных числа, окрашенных в цвета факультетов Хогвартса, — количество баллов ни для кого секретом не является, ведь так?»
«Ну да, кто угодно может подойти, и посмотреть..., — он на мгновение перестал оформлять свои размышления в четкие слова, осознав, что это может значить. — Ты хочешь сказать?...»
«Именно! Результат всем был известен заранее! И все равно, все сидят с такими лицами...»
Действительно, кое-кто из победителей выглядит приятно удивленным, а некоторые проигравшие, наоборот, оказались удивленными неприятно.
«Может быть, они были уверены, что случится какое-нибудь чудо с внезапной раздачей баллов? Помнишь, Рон рассказывал про конец первого курса?» — немного подумав, предположил Гарри.
«Придет добрый директор и восстановит справедливость? — не скрывая скепсиса, хмыкнула Гермиона. — Хочешь сказать, что все всерьез на это рассчитывали?»