Студенты Рейвенкло были чуть более сдержаны в своих эмоциях, но именно что «чуть». Своих чемпионов они тоже были готовы едва ли не на руках носить.
Пожалуй, обитатели замка еще ни разу на памяти Гарри не были настолько настойчивы в своем желании с ним пообщаться. Когда он впервые оказался в Хогвартсе, все окружающие, как правило, «всего лишь» пялились на него во все глаза, да шептались за спиной. Отважившихся подойти и поговорить было не так уж и много.
Сейчас же каждый считал своим долгом пожелать удачи, сказать напутственные слова или просто поговорить о погоде с самим чемпионом. Что в Большом Зале, что на уроках ученики неизменно пытались сесть как можно ближе к своим кумирам. Пару раз попытки выяснить, кто более достоин подобной чести, доходили до волшебных палочек ввиду принципиальной невозможности разрешить подобный спор менее весомыми аргументами.
Некоторые застенчиво, а некоторые — и не очень, просили дать им автограф. Самые настырные где-то раздобыли имевшие хождение в волшебном мире фотокамеры и постоянно пытались позировать рядом с чемпионами.
Неизвестно, в чью светлую голову подобная мысль пришла впервые, но она быстро и с удовольствием была подхвачена прочими учениками, и вскоре почти вся школа загорелась идеей заполучить колдографии с автографами сразу всех семерых. И без того немалый ажиотаж вокруг чемпионов быстро перерос в самую настоящую охоту.
Очень быстро были выработаны негласные правила, согласно которым, к «чужим» нельзя было слишком уж сильно навязываться с подобными просьбами. Недостающие части «коллекции» надлежало выменивать у «охотников» с других факультетов.
И никто даже и не вспомнил о том факте, что как минимум двое из семи самых популярных ныне учеников школы, чьи автографы многие так мечтали заполучить, раньше то получали бойкот на собственном факультете, то вообще считались Темным Лордом и Темной Леди и подозревались во всех смертных грехах.
Были, однако, и те, кому весь этот праздник жизни был отнюдь не в радость. Таковыми оказывались, как правило, выходцы с факультета, совсем никак не представленного среди чемпионов.
Мало кто из студентов Слизерина не разделял недовольства. Как и все остальные ученики Хогвартса, свой собственный факультет они считали самым лучшим и потому были очень неприятно удивлены подобным результатом.
Впрочем, самые хитрые и изворотливые ученики школы быстро нашли приемлемый выход.
На самом деле, не больно-то и хотелось. Подумаешь, Волшебный Турнир. Слизерин и без того достаточно хорош, чтобы кому-то что-то доказывать, выступая на потеху толпе. Да и вообще, говорили же, что на турнире может быть опасно — вот и отправили туда всякую шваль, которую не жалко... Драко Малфой и вовсе повадился строить предположения, как долго «они там протянут», и кого из них «сожрут первым». Правда, ему быстро пришлось приучиться переходить от рассуждений во весь голос к тихому шепоту, если в зоне слышимости оказывалась «свита» одного из чемпионов. Преданные фанаты очень не любили нападок на своих кумиров.
Недоволен поднявшейся суетой был и кое-кто из взрослых... Но мнение Филча традиционно не было интересно никому из обитавших в замке детей.
«Ежедневный Пророк», конечно же, не мог оставить без внимания столь важную тему, как состав команды Хогвартса, и оставить своих читателей в неведении. Впрочем, даже пронырливые газетчики не могли поспеть везде, и потому в газете, вышедшей на следующий после выборов чемпионов день, красовалась лишь старшая тройка — Седрик Диггори и его соперники из Бобатона и Дурмштранга, с которыми репортерам удалось пообщаться прямо во Франции. До Хогвартса в тот вечер они так и не добрались, и потому остальные чемпионы попали в газеты на день позже. Но уже на следующий день столь досадное упущение было наверстано и шестерым ученикам Хогвартса пришлось потратить некоторое время на общение с прессой.
Такое мероприятие, как возобновленный турнир между тремя школами, и без того накрепко приковало к себе внимание общественности. А уж после известия, что там будет участвовать сам Виктор Крам, самый популярный игрок и самый результативный ловец прошедшего чемпионата по квиддичу, интерес к предстоящим соревнованиям и вовсе поднялся до небес. Окончательно же жителей Британии добила новость, что среди представителей их школы будет и их собственная знаменитость, Мальчик-Который-Выжил.
Не было ничего удивительного, что из всех героев новостей именно Гарри был полностью завален письмами, передававшими пожелания успехов, удачи и всего прочего, а также заверявшими в глубочайшем к нему уважении. У всех, кто не жил в одном замке с чемпионами, и не имел с ними знакомства, не было никаких сомнений в том, кого из семерых стоит поддерживать.