Танцевальная программа предстоящего бала оказалось весьма простенькой. Учитывая, что она, судя по некоторым обмолвкам Спраут, была согласована заранее представителями всех трех сторон, никто и не ожидал от школьников демонстрации вершин танцевального искусства. Как и в Хогвартсе, в Бобатоне и Дурмштранге обучали прежде всего волшебству, каковым танцы никто не считал.
Таким образом, техническая сторона подготовки к балу была совсем простой. Другой же немаловажный вопрос, касавшийся поиска партнера, для Гарри и Гермионы и вовсе не существовал, благо никто не запретил чемпионам выбирать друг друга.
Но если для отдельных участников никаких проблем не существовало, то это еще не значило, что так было и со всеми остальными. Для большей части школы Йольский бал, похоже, стал самым значимым событием года.
Разговоры на тему «кто и с кем» не стихали ни на минуту. Каждое новое известие в духе «Стеббинс пригласил Фоссет!» становилось поводом для жарких сплетен на несколько дней вперед. Учитывая, что с приближением заветного события подобные новости случались все чаще и чаще, любителям промыть косточки ближнему своему скучать не приходилось.
Девушки перемещались по замку тесными группками, не забывая строить глазки всем проходящим мимо парням, вели увлекательнейшие обсуждения своих предполагаемых нарядов и с нетерпением ожидали, когда же пригласят и кого-нибудь из них.
Мужская часть Хогвартса отнеслась к грядущему событию несколько более сдержанно, с некоторым недоумением поглядывая на излишне восторженных девиц. «Чего ходят такими толпами, если хотят, чтобы их пригласили», — ворчали некоторые из потенциальных кавалеров.
Наиболее интересны в качестве возможных партнеров для бала были, конечно же, чемпионы Хогвартса, а также, с некоторым отставанием, игроки собранной для турнира квиддичной команды. А из всех перечисленных, основной удар пришелся, естественно, на Мальчика-Который-Выжил. Девушек, жаждавших блистать на балу в обществе самого Гарри Поттера, оказалось гораздо больше, чем хотелось бы последнему.
Кто-то пытался подсесть поближе на уроках. Кто-то пытался завести отвлеченный разговор, словно случайно встретившись в коридоре... несколько раз подряд. Кто-то просто постоянно кружился по близости, одаривая его «многозначительными» взглядами.
Казалось бы, вся школа давным-давно уже успела мысленно поженить его с Гермионой и все, вроде бы, понимали, с кем именно он пойдет на бал. Тем не менее, желающие попытать счастья девицы, похоже, всерьез вознамерились заполучить его себе.
Все они очень быстро осознали тот факт, что Гермиона Грейнджер на уроки профессора Бабблинг не ходит и что Гарри Поттера там можно перехватить одного.
— Поттер, — мягким, «обольщающим» голосом обратилась очередная «охотница», какая-то девчонка с Рейвенкло, — мы бы с тобой прекрасно смотрелись вместе... Намного лучше, чем ты с этой лохматой...
«Мы еще посмотрим...» — Гермиону подобные «заманчивые предложения» постепенно приводили в состояние тихой ярости.
Сама она тоже несколько раз получала приглашения на бал, также являясь чемпионкой турнира, а значит, и достаточно заманчивой целью. И если на некоторые предложения она просто ответила вежливым отказом, то вот парочка оставшихся...
— Грейнджер, Поттера у тебя всяко отобьют, так что давай со мной!
Как ни странно, но проходившая мимо профессор Синистра не стала ни снимать баллов, ни назначать отработок, когда лицо незадачливого ловеласа густо покрылось прыщами.
* * *
Для отправки на второй этап турнира, посвященный квиддичу, как и в прошлый раз, делегации Хогвартса был предоставлен международный портключ на две дюжины человек. «Призовые билеты», как и раньше, были распределены между учениками школы, правда, в этот раз в первую очередь было решено выдать их чемпионам, которые не вошли в квиддичную команду. Таким образом, Гарри с Гермионой вновь отправились во Францию, но уже в качестве зрителей. Точно также они прибыли за день до начала самих игр и точно также заселились в специально выделенное для них строение.