Тогда, в присутствии дементора, из-за охватившей их паники, прочно сковавшей тело и разум, хоть что-то понять в нахлынувших воспоминаниях было совершенно невозможно. Кто-то кричал, кто-то жутко смеялся…
Но сейчас, в спокойной обстановке, вдали от наводящей леденящий ужас твари, откуда-то появилась странная уверенность, что именно тогда довелось услышать. Последние мгновения жизни Лили Поттер, ее последние слова, ее попытка защитить своего сына от безжалостного убийцы. И смех Волдеморта, злой, равнодушный к совершенному убийству смех. И не совсем понятные предвкушающие нотки в его следующих словах.
«Тебя пророчили мне на погибель, а ты станешь еще одной ступенью на моем пути к бессмертию».
Гермиона слегка поежилась. Даже сейчас от этих воспоминаний становилось как-то неуютно.
Похоже, привычка к обстоятельным разговорам у Волдеморта имелась уже очень давно. С чего бы это вдруг он стал беседовать с годовалым ребенком?
«…пророчили на погибель…»
Значит, ему известно о хранящемся в Отделе Тайн пророчестве, и, более того, отнесся он к нему весьма серьезно, интерпретировав его наиболее простым способом.
«Не самая приятная новость», — сделала очевидный вывод Гермиона.
«Ну, то что он желает меня убить, это как раз не новость…» — поправил Гарри.
«Ты понял, что я хотела сказать. Если он действительно верит в пророчество, то он точно от тебя не отвяжется».
«От нас», — еще раз поправил он.
«Не принципиально. В нашем случае разница между «я» и «мы» весьма условна».
Помнится, еще после истории с философским камнем, Гарри попытался узнать у Дамблдора причину столь пристального интереса к нему со стороны Волдеморта, но так и не получил внятного ответа. Полученный в свое время «отчет» о расшифровке данного текста содержал и пояснения насчет личностей пророка и того, кто это пророчество услышал, так что совершенно ясно, что Дамблдор прекрасно знал и существовании пророчества, и о его содержании. Как выясняется теперь, подобная информация была и Волдеморта. Мог ли об этом знать Дамблдор? Впрочем, сейчас это уже не важно. Гораздо важнее, какие выводы можно сделать из вновь открывшейся информации.
«А выводы не самые утешительные», — согласился Гарри.
«Вообще, то, что он от нас не отстанет, мы предполагали и так».
«Но теперь мы знаем это точно».
Если Волдеморт всерьез поверил в пророчество и в то, что Гарри Поттер — его враг номер один, то пару раз посещавшая их идея скрыться и затаиться где-нибудь подальше от мест обитания всяких Темных Лордов, в свете подобной информации становится малоосмысленной. Сириус вроде рассказывал, что во время войны был случай побега из страны волшебника, которого по имеющейся у Ордена Феникса информации Волдеморт очень настойчиво желал видеть мертвым. Труп его в итоге обнаружился где-то на островах Юго-Восточной Азии. В общем, попытки сбежать оканчивались благополучно только когда избегаемый волшебник не был особо сильно заинтересован в обратном.
Кроме того, они уже как-то хотели отойти в сторону, предоставив умным взрослым возможность сделать все самим. В итоге с василиском все равно пришлось иметь дело лично.
Хотя, окончательно сбрасывать со счетов вариант сменить место проживания все же не стоит. Нужно будет поговорить на эту тему с Сириусом.
Но не только о своем знании пророчества успел когда-то сообщить Волдеморт.
«Если эти «воспоминания» действительно воспоминания», — не преминула уточнить Гермиона.
«…ты станешь еще одной ступенью на моем пути к бессмертию».
Говоря о пути к бессмертию, он почти наверняка имел ввиду свои хоркруксы, из-за которых он все никак не желал покинуть этот мир окончательно. А говоря о «еще одной ступени»…
«…Он собирался использовать мою смерть, чтобы сделать еще один», — мысленно кивнул Гарри.
«Вот только наша особенность спутала ему все карты».
«Непонятно только — мы были такими уже до этого, или все началось именно из-за его попытки сделать хоркрукс, убив меня».
«Ну, — на мгновение призадумалась Гермиона, — если виноват Волдеморт, то почему только мы стали… такими? Он ведь понаделал их еще до этого, и каждый раз должен был кого-то убить».
«С нами странности начали происходить далеко не сразу…»
«…Если не считать мою “болезнь” в детстве», — тут же сделала она уточнение.
«А откуда мы знаем, что где-то еще не происходили подобные заболевания? — продолжил развивать мысль Гарри, приняв поправку, — И если никого из подобных пар потом снова не пытался убить злой и страшный волшебник, то они могут так всю жизнь прожить, ни о чем не подозревая!»