«И знаешь, Гарри, насчет этих "отношений"… Я как-то даже не ожидала, что это будет так… так буднично».
Конечно, книжек на данную тематику через ее руки прошло не так уж и много, да и особых подробностей о ходе «процесса» изложено там не было. Но, тем не менее, прочитанное успело создать впечатление, что пресловутая «первая ночь» должна быть чем-то особенным.
«А у нас, мало того, что еще только вечер…» — согласился Гарри, кивнув на вид за окном.
«… Так еще и все как-то сумбурно и непонятно».
Где все эти «волны наслаждения», что должны «поднимать все выше и выше», а потом «захлестнуть с головой, низвергая в глубины сладкой неги»? Где «трепетные и нежные прикосновения губ»? Или, наоборот, «дикая, необузданная, животная страсть»?
Все прошло как-то слишком… просто. Как бы между делом. Черт возьми, да их общее «Я» даже некоторое время всерьез размышляло, можно было ли назвать данное действо самоудовлетворением, поскольку оно совершало его само с собой! Да и вообще, как это иногда случалось, ход собственных мыслей в едином состоянии порой ставил в тупик при попытке его осознать порознь.
«Причем эти рассуждения не то, что совсем непонятны…» — заметил Гарри.
«… Но своей непосредственной логичностью они просто сражают наповал!»
Как там выглядели размышления на эту тему… Если парень и девушка не испытывают друг к другу никакого отторжения, то что им мешает просто взять и заняться сексом?
Да уж, ведь действительно, попытка ответить на этот вопрос с учетом общепринятой морали вызывает полнейший ступор, в то время как единое сознание никаких проблем тут не увидело.
«Честно говоря, — задумался Гарри, — если так подумать, я тоже сейчас их не вижу».
«Ну да, за нас вроде как уже все решили… и это были мы сами», — согласилась Гермиона, сопроводив свои слова коротким смешком.
«Тем более, самый первый и самый необратимый шаг уже сделан», — добавила она, намекая на определенную невосполнимую потерю, понесенную ее телом.
«Насколько я понимаю, — не мог не заметить Гарри, — для ведьм этот «шаг» не так уж и необратим».
«Ну да, если намного более тяжелые травмы лечатся парой зелий и заклинаний, то уж заживить… м-м-м… небольшой кусочек кожи должно быть не сложно».
«Но я точно так делать не хочу!» — тут же сообщила она.
Тут можно было даже порадоваться, что у них прошло все не так, как у остальных людей, иначе Гермионе досталась бы только наименее приятная половина испытанных ощущений.
«И испытывать их снова не имею ни малейшего желания!... Ну да, ты и сам все помнишь…»
Вообще, по законам жанра они теперь должны были бы начать увлекательнейшие разговоры на тему что это они только что тут устроили, чем это все им грозит, и куда их это ведет. Сначала полагалось прийти в ужас, потом долго успокаиваться, ставя под сомнение возможность и желательность дальнейших взаимоотношений и, в итоге, поклясться в вечной верности друг к другу. Затем сюжет обязательно должен надолго разлучить влюбленную пару, заставив их безуспешно искать воссоединения вплоть до самого конца книги, где, в зависимости от жанровой принадлежности, могло состояться либо «жили долго и счастливо», либо же «умерли в одной главе».
«Вообще-то "в один день". Да и вариантов есть больше…»
«Нет! — решительно отмахнулся Гарри от попытки добавить подробностей. — Зачем ты вообще читала такое?»
«А откуда мне было знать, что все будет совсем не так?»
Гарри мысленно вздрогнул, на миг представив себе отношения с Гермионой, строящиеся на основе подобной литературы.
«Мне и «для мальчиков» вариант попадался. Могу ведь вспомнить!» — пригрозила она, не желая оставаться в долгу.
Вообще, уже по опыту с поцелуями было понятно, что если книги и могут помочь в подобных вопросах, то точно не им двоим. Все-таки, писалась подобная литература самыми обычными людьми для других столь же обычных людей. Так что, придавать большое значение чужому жизненному опыту попросту бессмысленно, и потому не стоит слишком уж переживать, что у них многое получается совсем не как у остальных людей.
* * *
Убийство с применением Непростительного проклятия было если и не самым тяжким преступлением в волшебном мире, то точно состояло в числе претендентов на звание такового. Заседание, посвященное подобному делу, несомненно, являлось очень серьезным мероприятием, все участники которого были просто обязаны осознавать всю важность происходящего и вести себя соответственно.
Зал заседания в министерстве магии этой важности более чем подходил. Просторный, хорошо освещенный амфитеатр с трибуной в самом низу, от которой вверх полукольцами уходили ряды стульев и кресел. Если попытаться сосчитать, то кресел было гораздо меньше, но поскольку одно кресло занимало гораздо больше места, чем несколько стульев, это было не так уж и заметно. Располагались эти роскошные сиденья по центру, разделяя весь зал на три части, центральную и две боковых.