— Должно? Или… — ухватилась Гермиона за формулировку.
— К сожалению, провести настоящую проверку на настоящих хоркруксах проблематично, поскольку попытка тут есть ровно одна, ведь в случае успеха мы лишимся их всех. Но если мистер Риддл сохранит при этом возможность создать еще один, то все наши усилия станут бесполезны. Собственно, это и есть причина, по которой эта информация ни в коем случае не должна дойти до него. Ведь инициировать уничтожение хоркруксов можно не только с нашей стороны. Мистер Риддл, узнав способ, может сделать это и сам. Вот только он после этого сможет наделать новых, а мы останемся ни с чем.
— Получается, вы создали не оружие… — сделал вывод Гарри.
— Мы создали оружие не против него самого, а против его хоркруксов. Уничтожив один, уничтожим и все.
— Похоже на Протеевы чары… — заметила Гермиона.
— Скорее, наоборот. Эти чары, по сути, просто-напросто искусственно создают общность между предметами, ею не обладающими.
¬— Но если хоркруксы — это оторванные Волдемортом от себя части, то он сам — тоже всего лишь такая же часть, — вернулся Гарри к прежней теме, сумев поймать и выстроить в ряд смутные сомнения, появившиеся во время объяснений Грэя. — Почему придуманный вами способ не уничтожит и его самого?
— Это очень хороший вопрос, мистер Поттер, — не тратя ни мгновения на раздумья начал отвечать Грэй. — И при этом, очень сложный вопрос. Но вы не первый, кто его задал. Уж поверьте, мы потратили на него немало времени и сил. К сожалению, получить четкий ответ нам не удалось. Возможно, что мистер Риддл прекратит свое существование так же, как и его хоркруксы… А возможно и нет. Все вновь упирается в наличие у нас всего одного шанса и потому неразумно тратить его, когда успех не гарантирован. К тому же, против возможности уничтожения через хоркруксы самого их создателя говорит тот факт, что мы предпринимали попытку проклясть его подобным образом, воспользовавшись помощью специалиста из Африки. Но, очевидно, безуспешно, поскольку было это еще до вашей последней с ним встречи.
«Очень жаль…» — Геримона сразу оценила перспективы, которые могли бы открыться в случае успеха.
«Да, переслать ему Круциатус и…»
«…И не надо уже никаких «и». И так все было бы замечательно!»
«Авадой на Аваду ты уже ответила, теперь за Круциатус мстить собираешься?» — мысленно хмыкнул Гарри.
«Око за око… Черт, а ведь была же возможность! Почему мы тогда об этом не подумали?»
«Если говорить об упущенных возможностях, тогда вообще надо было забрать его с собой, и проблема уже была бы решена», — заметил он.
«Ты как всегда умеешь поднять настроение…»
— Раз вопросов у вас больше нет, — тем временем, прервал Грэй паузу, возникшую во внешнем разговоре, — перейдем к той части, что касается непосредственно вас двоих.
Убедившись, что его внимательно слушают, он продолжил.
— Вероятность вашей повторной встречи с мистером Риддлом достаточно высока. Поэтому было принято решение доверить вам возможность активации уничтожения его хоркруксов.
Может быть, Гарри и показалось, но, вроде бы, в обычно ровном и спокойном голосе прозвучал намек на торжественность.
«По-моему, не показалось», — тут же пришло подтверждение.
— Для начала, напоминаю, делать это можно тогда и только тогда, когда вы будете полностью уверены, что мистер Риддл расстался с телесной оболочкой и при этом еще не успел обзавестись новой. Или же если вы после уничтожения хоркруксов гарантированно успеете уничтожить его самого, пока он не наделал новых. Это понятно?
Впрочем, простым устным подтверждением Грэй не удовлетворился и «для гарантии» пригласил к себе в кабинет еще одного невыразимца, названного Боудом, посредством которого организовал процедуру принесения еще одного Непреложного Обета, суть которого сводилась к запрету использовать разработанное Отделом Тайн «оружие» по пустякам.
— Начнем с вас, мистер Поттер, — объявил Грэй, когда Обет был принесен и посторонний волшебник удалился восвояси. — Левую руку, пожалуйста. Да, и снимите ножны.
Несколько скороговок, серия замысловатых движений над протянутой рукой. С палочки к ней тянулись тонкие синие нити, плавно обвиваясь вокруг запястья и продвигаясь ближе к локтю. Там, где их концы прикасались к открытой закатанным рукавом коже, нити чуть расширялись и бледнели, словно впитываясь внутрь, вызывая легкое покалывание.