Оба раза он испытывал сильные эмоции. Попробовать воспроизвести это состояние? Вот в нее летит зеленый луч, вот он смотрит на упавшее тело...
* * *
— Знаешь, Гарри, — первой начала разговор Гермиона, — я, пожалуй, сейчас уже ничему не удивлюсь. Даже если вдруг выяснится, что все те слухи, что про нас насочиняли, являются правдой.
Мальчик молчал. А что тут можно было сказать? Очередное слияние, за неимением лучшего термина, длилось почти две недели!
— И сколько бы я... мы так ходили, если бы не попытались... разделиться? — словно угадав его мысли, спросила девочка.
А почему, собственно, словно? Сейчас между ними не было такой связи, какая раньше возникала на некоторое время, когда они знали мысли и чувства друг друга. Но в тоже время, он каким-то образом ощущал присутствие рядом Гермионы, даже если закрывал глаза. Знал он и о том, что девочка сейчас немного напугана произошедшим, и очень хочет в нем разобраться.
«Интересно, а она...»
— Да, я тоже догадываюсь, о чем ты думаешь.
— Хм, а давай попробуем сосредоточиться на этом... да, вот так...
А он был прав: две личности снова слились в одну. Интересно, у нее получится повторить обратное?
— Гарри, — жалобно попросила девочка, — давай пока не будем больше так делать.
— Хорошо. Вот только ты понимаешь, что мы потом опять будем смеяться над подобными высказываниями?
— Вот это-то меня больше всего и пугает. Помнишь, я говорила, что больше всего боюсь забыть, кто я есть? А что, если однажды мы проснемся, и просто... просто перестанем существовать, как личности? Что, если мы решим, что лучше так и остаться, непонятным чем-то с одним сознанием и двумя телами?
Гари отчетливо почувствовал ее страх. Обняв девочку, он попытался передать ей немного спокойствия и уверенности, как тогда, когда он разбился на квиддичном поле.
— Гермиона, ничего такого не произойдет, я уверен. Ведь смогли же мы понять сейчас, что единый разум — это не всегда хорошо. Нам нужно только научиться контролировать то, что с нами происходит.
— И ты согласен провести так всю жизнь? — спросила девочка, прижавшись к своему другу.
— Если мы не решим определенные проблемы, то «вся жизнь» — это не так уж и долго.
— Умеешь же ты успокоить... Но ты прав, давай вернемся к насущным вопросам. Вот что мы успели сделать за эти каникулы?
— Как и собирались, посетили Лютный и купили там книгу... Едва не убив при этом местного обитателя... смертельным проклятием.
— А не надо было нас так пугать! Ну а как не дать обнаружить примененные заклинания при проверке палочки, мы все-таки нашли.
Как оказалось, у «Приор Инкантато» было очень простое ограничение: количество чар, следы которых можно было вытянуть из палочки, зависело от силы волшебника, исполняющего это заклинание. И два-три десятка отвлекающих заклятий уже не позволяли выяснить, какое волшебство было сотворено до этого. Фактически, данную проверку имело смысл делать только по горячим следам.
— А вот работа c книгой МакНеллиса явно не задалась.
Гермиона обвела взглядом захламленную исписанным пергаментом комнату.
— Гарри, разобраться с этими записями мы не успеем. Сейчас уже вечер, а завтра мы возвращаемся в Хогвартс.
— Возьмем их с собой и продолжим работу в школе.
— Гарри, они просто не влезут в имеющийся у нас тайник. А везти их с собой открыто... Учитывая, что там выписки из запрещенной книги... — девочка закусила губу и, вздохнув, приняла тяжелое решение. — Эти записи придется уничтожить, и сделать новые уже в школе.
— А почему мы не подумали о подобной проблеме, везя с собой запасы Оборотного Зелья? Насколько я помню, тоже не самая разрешенная к свободному хранению вещь!
— Хороший вопрос... Просто не подумали и все. Но это не повод рисковать снова!
Плоды многодневных трудов были упакованы в старый чемодан, замененный на тот, что был куплен в Лютном. После небольшого спора, хранение запрещенной книги взяла на себя Гермиона. К источникам ценных знаний девочка по-прежнему относилась весьма ревностно.
Прежний же ее чемодан, полный записей, скопированных из «Замудренейших Замысловатых Заклятий», был сожжен огнем двух палочек.
Одежду, сделанную специально для прогулки в Лютный, решено было взять с собой.
— Оборотного у нас еще много, так что оставим на всякий случай.
Оставшиеся сборы к завтрашнему отъезду не заняли много времени. Уже готовясь ко сну, друзья осознали одну небольшую проблему, о которой они как-то совсем не задумывались.