Объявив, что на сегодня тренировка закончена, Вуд решительно направился в сторону замка, бросив на ходу, что «он все устроит».
Как потом оказалось, план капитана был достойным истинного гриффиндорца. Вуд смело зашел прямо к своему декану и потребовал, иначе не скажешь, освобождения от посещения уроков для всей команды.
Лишь глубочайший ступор, в котором оказалась после подобной «просьбы» Минерва МакГонагалл, спас «скромного просителя» от немедленной и жестокой расправы. Неизвестно, что именно поразило ее больше: сама суть пожелания капитана, или же форма, в которой оно было высказано.
Все же, к квиддичу декан Гриффиндора относилась достаточно ревностно и искренне переживала за успех своей команды. Так что некоторые уступки с ее стороны были вполне возможны. Но, конечно, с подобными требованиями согласиться она не могла. Оливеру Вуду предельно спокойным и вежливым голосом было сказано скрыться с глаз как можно быстрее.
Остальная команда даже немного расстроилась, что капитан не получил пару дней отработок. А лучше, неделю. Или месяц…
* * *
Была в Хогвартсе еще одна личность, страдавшая от жажды деятельности, и точно так же не желавшая страдать этим в одиночестве.
Гилдерой Локхарт во всеуслышание заявлял, что отсутствие новой активности наследника Слизерина является исключительно его личной заслугой. Сам факт его присутствия заставил злоумышленника одуматься и отказаться от своих коварных замыслов.
Теперь же, чтобы поддержать моральный дух обитателей замка, он готовит всем небывалый сюрприз, благодаря которому они все забудут о неприятностях и смогут вновь обрести уверенность в завтрашнем дне.
— Похоже, помимо своих романов, он еще прикладывал руку к написанию агитационных листовок, — прокомментировала данную речь Гермиона.
Как оказалось, обещанным «сюрпризом» стало празднование Дня Святого Валентина. И великий писатель приложил просто колоссальные усилия к тому, чтобы оно запомнилось всем до конца жизни.
Розовый Большой зал, розовое конфетти, розовая мантия Локхарта. Проще было сказать, что в этот день не было розовым. Сидевшие за своим столом учителя делали вид, что они тут не причем, с Локхартом не знакомы и вообще просто проходили мимо. Флитвик прятал лицо в ладонях. МакГонагалл изображала жертву василиска. Снейп изображал самого василиска, немигающим взглядом исподлобья уставившись на своего коллегу в розовом. Один лишь Дамблдор выглядел полностью довольным жизнью, одаривая окружающих мягкой улыбкой.
Как быстро выяснилось, одним только украшательством Большого зала организатор праздника не обошелся. Публике были представлены ряженые купидонами гномы.
— Три галлеона за качественный Обливиэйт, — отчаянно простонал кто-то из старшекурсников.
Впрочем, некоторым из учеников устроенный праздник явно понравился, и они решили воспользоваться всеми предоставленными возможностями. Как минимум один, а точнее, одна, из фанатов Мальчика-Который-Выжил (а может быть, и будущего Темного Лорда) решила передать «музыкальное послание» через угрюмого купидона.
Гарри стараний неизвестной поклонницы не оценил, а точнее, не смог оценить. Мелкое приставучее существо очень сильно напомнило о встрече с другим небольшим человекоподобным созданием. Ответом на требования остановиться и получить свое поздравление стали ровно два слова.
— Петрификус Тоталус!
Два голоса произнесли заклинание одновременно. Гермионе поползновения купидона тоже почему-то не понравились.
Кто-то из сердобольных студентов поднял с пола вытянувшегося по струнке гнома и аккуратно прислонил к стенке.
У присутствовавшей во время всей сцены Джинни Уизли тряслись губы и блестели глаза.
* * *
В середине марта прошел первый в новом семестре, если так можно было сказать, матч по квиддичу, Рейвенкло против Слизерина. Змеи были полны решимости нарушить направленный против них замысел трех факультетов. Для этого им необходимо было побеждать с еще более разгромным счетом, чем в матче против Гриффиндора.
Вообще, определенные шансы у них были. Наличие метел самой последней модели, плюс традиционно агрессивная и жесткая, на грани фола, манера игры, делали эту команду очень серьезным и крайне неприятным противником.
Когда настало время выхода команд на поле, по трибунам пронесся удивленный вздох. Из всей сборной Слизерина наружу показался только вратарь Майлз Блетчтли. На вопросительный взгляд мадам Хуч он пояснил, что у всех остальных игроков возникли… проблемы с… желудком… И что матч надо перенести.