Ученики Гриффиндора настороженно и недоверчиво оглядывали всех прочих присутствующих. Они сидели на соседних стульях, плотно прижавшись друг к другу. Гарри и Гермиона вели неслышимый другими диалог, пытаясь понять, зачем их сюда привели, и как им себя вести. Совершенно ясно было, что их будут расспрашивать о случившимся около кабинета директора. Почти наверняка захотят узнать, откуда им известно смертельное проклятие. Скорее всего, поинтересуются их талантами в области диалогов с пресмыкающимися. Весьма вероятно, захотят подробностей о Тайной Комнате.
«А вот последнее, Гарри, необязательно».
«Почему это? Вряд ли легендарная Тайная Комната никого не заинтересует».
«А почему тогда нас до сих пор об этом не спросили? Мы уже не меньше суток провели в больничном крыле, но общались при этом только с мадам Помфри!»
«Ну, с этой точки зрения нас не просто о Тайной Комнате не спрашивали, нас вообще ни о чем не спрашивали».
«Знаешь, похоже, все так же, как и в прошлом году. Версия о том, что случилось на самом деле, готова и без нашего участия».
«А привели нас сюда, чтобы сообщить ее нам? «Гарри, любовь убила василиска и отрезала голову Локхарту»!»
«Вряд ли дойдет до такого маразма. В конце концов, профессор Флитвик здесь присутствует. Кстати, мне интересно, как много он успел услышать?»
«А какая разница?»
«Гарри, упоминание о том, что мы посещали Тайную Комнату, было только в самом начале того разговора!»
«И ты не хочешь об этом рассказывать?»
«Именно!»
Гермиона начала прямо-таки излучать восторг и энтузиазм.
«Гарри, посуди сам. Вряд ли Слизерин сделал столь огромный тайник, чтобы использовать его только как террариум. Там же наверняка может найтись и еще что-нибудь, помимо василиска! Что-нибудь очень ценное!»
Зная Гермиону, нетрудно было предположить, что именно она считала «очень ценным».
«Да и к тому же, Тайная Комната — это просто идеальное место для наших секретных занятий!»
Подумав немного, Гарри согласился с Гермионой. Соблазн получить Тайную Комнату в единоличное пользование был очень велик. Но не приходилось сомневаться, что если они сообщат о своей находке, доступ к этому помещению им постараются ограничить.
«Посмотрим по обстоятельствам. Если нас не спросят напрямую, не будем упоминать об этом».
Помимо всех выше перечисленных, были в кабинете директора и другие посетители. И если в присутствии учителей и учеников не было чего-то особенно необычного, то прочие гости бывали здесь весьма редко.
Через пару минут после того, как Гарри и Гермиона решили умолчать о Тайной Комнате, в кабинет зашла незнакомая им ведьма. Судя по приветствиям от учителей, звали ее Амелия Боунс, и являлась она, ни много, ни мало, главой Департамента магического правопорядка.
«Видимо, родственница Сьюзан Боунс с Хафллпаффа».
Гарри восстановил в памяти образ девочки, которую иногда видел на совместных занятиях.
«Не очень-то они похожи».
«Меня больше волнует, что мы удостоились внимания самой главы департамента, а не кого-то... более рядового».
«Учитывая все должности, которые занимал Дамблдор, неудивительно. Да и вряд ли она тут только из-за нас. Похоже, собрали всех свидетелей и всех, кто хоть что-то может знать».
«Прямо как в классических детективах. Собрать в одной комнате всех вовлеченных, долго и нудно рассказывать всем известные факты, а потом неожиданно заявить: «Дворецкий, это вы отравили графиню!». И дворецкий во всем сознается».
Последним гостем, зашедшим в кабинет вскоре после Амелии Боунс, был волшебник, обряженный в серую мантию без каких либо знаков различия. Под накинутым глубоким капюшоном клубилось облачко плотного тумана, не позволявшее разглядеть черты его лица. Самому неизвестному это, похоже, никак не мешало, поскольку в ответ на немой вопрос главы Департамента правопорядка, выраженный поднятой бровью, он пояснил:
— Я работаю с Отделом Тайн. Ввиду специфичности области, на которой я специализируюсь, мне приходится скрывать свою личность, чтобы избежать определенных эксцессов.