— Они используют хроновороты для посещения всех своих занятий?!
— Ну наконец-то... Этот факт не афишируется, но и секретом не является.
— Но как же... Ученики ведь занимаются в одном классе, они не могут не пересечься! — отказывалась верить Гермиона.
— А кто вам сказал, что кабинет для занятий всего один? На факте использования хроноворотов стараются не заострять внимание, и поэтому одна группа все семь лет занимается в одном и том же помещении. А другая группа все семь лет занимается в соседнем. Все просто. К слову, единственный предмет, занятия по которому ведутся сразу у всего потока — это история магии, преподаватель которой просто не в состоянии воспользоваться хроноворотом.
* * *
— Машина времени... У них есть настоящая машина времени... И они используют ее для посещения уроков... Гарри, давай больше не будем сегодня колдовать, чтобы дать законам физики и здравому смыслу тихо поплакать в углу.
Глава 18. Затишье после бури.
Помона Спраут преподавала в Хогвартсе далеко не первый год. И за все это время она ни разу не пыталась представить себя на месте директора. В этом плане она ничем не отличалась от всех остальных жителей Британии, будучи вполне типичным представителем нынешней эпохи. Хогвартса без Альбуса Дамблдора для нее просто не существовало.
Однако, некоторым событиям свойственно происходить независимо от того, верят люди в них или же нет. Неизбежный и неотвратимый день настал и для Дамблдора.
В жизни же Помоны Спраут наступили перемены, о которых она не могла раньше и подумать. И вовсе не от того, что она считала себя недостойной своей новой должности. Нет, она в буквальном смысле не задумывалась о подобной возможности. Помона была вполне довольна своим положением преподавателя гербологии и декана своего родного факультета. Какие-либо дополнительные привилегии и полномочия ей были попросту не нужны.
Но Помона привыкла заниматься делами со всей возможной тщательностью и ответственностью. Когда прошли первые недоумение и удивление от повышения в должности, новоиспеченная директриса взялась за дело всерьез.
В первую очередь необходимо было определиться со своими новыми обязанностями, которые на нее накладывает должность. Узнать, за что она отвечает, чего должна добиваться, и какие полномочия ей для этого предоставлены. И с получением данной информации сразу возникли определенные затруднения.
Как ни странно, но Альбус, похоже, тоже никак не предполагал внезапно умереть в самом расцвете сил. По крайней мере, только так можно было объяснить полное отсутствие чего-либо, что хотя бы немного походило на инструкции и наставления преемнику на посту директора. Минерва, к которой Помона обратилась было за помощью, ничего на этот счет сказать не смогла. Имевшееся у многих убеждение, что именно своего заместителя директор готовил себе на замену, на практике не получило никакого подтверждения. Никаких секретов управления школой Альбус ей не сообщал, подробностями о своих делах не делился, ни к чему не готовил и ничему не учил.
К счастью, в распоряжении Помоны оказался альтернативный и весьма надежный источник информации. Возможно даже, что именно из-за подобных ситуаций и возникла идея сделать портреты бывших директоров советниками и помощниками директора действующего. В конце концов, эту должность занимали обычно отнюдь не рядовые представители волшебного мира. А знаниям и силе в этом мире нередко сопутствовала определенная доля эксцентричности, а также отрешенности от всего, что великий волшебник счел несущественным. Вполне логично, что в глазах Альбуса надлежащая подготовка преемника как раз и была подобной, не стоящей внимания, мелочью. Зачем тратить собственное время, если портреты потом все равно обо всем расскажут?
Наладить конструктивный диалог удалось далеко не сразу. Конечно, изображенные на картинах волшебники и ведьмы были обязаны подчиняться действующему директору и никак не могли ослушаться его прямого приказа. Более того, подавляющее большинство из них искренне переживало за благополучие школы, и с радостью было готово помочь. Вот только смысл понятия «благополучие школы» для каждого из них был свой. И некоторые из этих смыслов вступали друг с другом в острое противоречие.