- Стоит ли мне порадоваться, что я вчера так вовремя тебе позвонил?
Гу Ян молчал.
Решив, что он молчит из вежливости, Ян Суйчжи продолжил:
- Кажется, что я в своё время всё-таки выбрал правильного студента.
- А ты уверен, что это ты выбрал студента? - холодно ответил Гу Ян.
У декана Яна наглость просто зашкаливает! Вообще-то, это студенты выбирали наставника!
На Тянь Цине сегодня было пасмурно. За время их разговора небо ещё больше затянуло тучами, и, казалось, вот-вот хлынет дождь.
- Сейчас пойдёт дождь, - сказал профессор Ян.
- Постарайся не потратить все деньги. А то вдруг тебе потребуется купить зонт, - холодно ответил Гу Ян.
Ян Суйчжи: ...
Уважаемый профессор Ян, который только вчера вывалил кругленькую сумму за ужин, виновато подумал:
Да пошёл ты. Никогда не скажешь ничего приятного!
_________________________________
В это же время в центре заключения под стражу надзиратель подошёл к одной из камер и открыл двери. Чен Чжан лежал свернувшись калачиком на кровати. Он не моргая смотрел на стену и как-будто не слышал, что кто-то открыл двери.
- Хей, - рявкнул надзиратель, - Я с тобой разговариваю. Ты что, меня не слышишь? Повернись! Совсем отказываешься уважать меня? Разлёгся тут спиной ко мне.
Чен Чжан слегка повернул голову, после чего медленно развернулся и уселся на кровать. Его движения были вялыми, как-будто он в мгновение ока постарел на много лет, и даже руки и ноги отказывались его слушаться. Усевшись на кровати, он не поднял головы и ничего не сказал, но вся его поза как-будто говорила: "Я слушаю".
Вообще-то, по сравнению с другими арестованными, поведение Чен Чжаня было просто отличным. Он был покладистым, выполнял всё, что ему говорил надзиратель, не доставлял хлопот и не поднимал шума. Единственная проблема была в том, что он был слишком пассивен и молчалив.
Убедившись, что арестант ведёт себя хорошо, надзиратель немного смягчил тон:
- Твой адвокат попросил меня передать тебе сообщение.
Как обычно Чен Чжан даже не пошевелился, как-будто и не слышал его.
- Он сказал, что он был регулярным посетителем в "Шампане" с 31 по 47 год... - нетерпеливо продолжил надзиратель.
Он говорил быстро, полагая, что от его слов не будет никакой пользы. В конце концов, Чен Чжан так и продолжал сидеть с опущенной головой, не желая даже рта открыть. И вдруг к концу речи мужчина немного оживился - он напряжённо поднял голову, и его хмурые серые глаза уставились на надзирателя.
- Эм... - на мгновение тот даже забыл, о чём говорил, - И он сказал спросить тебя, не знаешь ли ты кого-то по имени Чень Вень?
- Кого? Как вы сказали его имя?
- Чень Вень, - закатив глаза, ответил надзиратель, - Я всё правильно запомнил.
Трудно было сказать, сколько раз за эти несколько секунд изменилось выражение лица Чен Чжаня. Его глаза то загорались огнём, то тухли, а на лице одновременно читалось и смятение, и недоумение.
Неужели он воспарил духом?
Надзиратель немного удивился и решил немного подождать. Однако мужчина как-будто потерялся в своих мыслях и, похоже, не собирался ничего говорить, так что надзиратель раздражённо продолжил:
- Ладно, это всё. Веди себя хорошо.
На этих словах он развернулся и собрался закрыть дверь. Однако в долю секунды, не успел надзиратель и глазом моргнуть, в небольшой проём протиснулась рука. Надзиратель прошёл хорошую школу, так что подсознательно сжал руку и скрутил её, применив удушающий захват. Чен Чжан оказался прижатым к стене. Из-за нехватки кислорода его лицо стало пунцово-красным, а сам он принялся лепетать:
- Я всего лишь хотел попросить...Могу я...могу я встретиться с адвокатом?
- Завтра.
- А можно сегодня?
Надзиратель: ...
Ладно, хоть Чен Чжан не плакал и не кричал, но судя по его поведению, он явно сошёл с ума.
- А чего же ты раньше не пошёл? - надзиратель отпустил шею мужчины, позволяя ему сделать глоток спасительного воздуха, - Поздно батенька спохватились. Адвокат-то уже ушёл.
Чен Чжан склонился в три погибели, пытаясь прийти в себя после удушающего приёма. А в этот момент надзиратель вспомнил пророческие слова интерна и по какой-то ему самому непонятной причине всё же добавил:
- Твой адвокат попросил меня сказать тебе ещё кое-что.
Чен Чжан перевёл на него взгляд.
- Он сказал, что если ты будешь умолять о встрече с ним сегодня, он готов слушать только правду.
Чен Чжан: ...
Наверное, из всех надзирателей именно этот был самым добросердечным. Взглянув в налитые кровью глаза Чен Чжаня, он тихонько буркнул "Ну что же за заноза в заднице" и, достав умное устройство, принялся набирать чей-то номер.
Спустя пару гудков человек на том конце провода ответил:
- Алло?
- Это надзиратель из центра заключения под стражу.
- Чен Чжан захотел со мной встретиться?
- Да.
- Отлично. Я сейчас приду.
- А где вы? Как долго вам добираться? У вас осталось не так уж много времени. Если к тому моменту, как вы придёте, у вас останется всего 10 минут на встречу, то советую и не приходить вовсе. Отложите до завтра.
Всю эту тираду надзиратель произнёс только из чувства сочувствия интерну. Если он сейчас прибежит, то может только зря потратить время и силы. Чен Чжан сейчас в таком состоянии, что несколько бессмысленных вопросов могут не только не принести пользы, но и вообще приведут к тому, он больше не захочет общаться с адвокатом.
Вот только надзиратель и не ожидал ответа интерна:
- Это не займёт много времени. Я сейчас в кафе, что напротив вашего респектабельного учреждения.
Надзиратель: ...
Потрясающе! Этот парнишка и не думал уходить! Он знал, что его клиент передумает, и решил дождаться в кафе.
Он даже назвал СИЗО респектабельным заведением. Да этот интерн совсем страх потерял.
Махнув головой, надзиратель обратился к Чен Чжану:
- Ладно, пойдём со мной.
____________________
Закончив разговор с надзирателем, Ян Суйчжи расплатился по счёту и уже во второй раз за день направился в центр заключения под стражу. Согласно правилам, действующим на Тянь Цинь, адвокатам запрещалось без присутствия надзирателя проносить с собой на встречу с клиентами любые смарт-устройства. Также им запрещалось предоставлять подозреваемым доступ к любым средствам внешней связи.
Поэтому, прежде чем войти в комнату для свиданий, Ян Суйчжи снял с пальца умное кольцо и уже собрался было положить его в прозрачный мешок, что дал ему надзиратель, как вдруг кое-что вспомнил.