От этой новости дыхание сперло. Неужели и правда о моей Мире речь? Пытаюсь не думать об этом. Гоню прочь ядовитые мысли, беспощадно разъедающие мозг. Фокусируюсь на главном.
— Почему бы ты такого парня любимой сестре не пожелала?
— Да потому что он грубый деспот и доставучий педант с дурным характером, — на этих словах она принимается кромсать на куски салфетку с изображением гномов. — Его, похоже, вежливости совсем не научили в детстве! Слов «спасибо», «пожалуйста» он вообще никогда не произносит. Когда что-то надо, только приказывает. Причем в жесткой форме. При этом он становится совершенно другим человеком, когда надо кому-то понравится. Со своим начальством он воплощение харизмы и обаяния. Хамелеон, одним словом! Не знаю, как ему удается сочетать в себе две противоположные ипостаси. Я иногда думаю: может, у него биполярное расстройство какое-нибудь? Или раздвоение личности?
Регина вопросительно смотрит на меня, как будто мне известны ответы. Но я лишь пожимаю плечами. И снова интересуюсь:
— Подкинешь примеров? Как бы ты свою сестру убедила в том, что он ее не заслуживает?
— Как, как?! Сказала бы, что красивая упаковка не компенсирует бомбу в подарок. Я тебе и так слишком много наговорила! Уж конкретных примеров, историй из жизни офиса рассказывать не буду, прости! Если хочешь узнать о нем больше, пообщайся с его родителями. Они в Виимси живут. От Таллинна недолго добираться. Его отец известный юрист Марек Мартинсон. До сих пор консультирует.
Она вдруг решительно подскакивает со стула, хватает свое пальто и начинает одеваться. Сплошной сгусток энергии! К тому же ума и проницательности палата! Мне в голову приходит неожиданный вопрос:
— Почему ты у него работаешь? Ты ведь с легкостью могла бы себе найти другую работу!
— Конечно, могла бы! Но я решила, что мне выпал прекрасный шанс научиться уживаться с сатрапом. Дала себе год. Если выживу, ничто и никто меня больше не сломит, — накинув шарф, она победно улыбается, — Ты прости, я должна бежать. Ко мне скоро подружка в гости придет. По дороге домой еще в магазин надо заскочить! Рада была поболтать! Если «сестра» тебя продинамит, звони! Номер мой знаешь!
Помахала небрежно рукой и убежала из кафе. Хорошая девочка. Ветерок весенний напоминает. Такая же свежая, теплая и легкая.
Инфы не много, но главное я услышал. Все мои опасения подтвердились. Он мою Миру в свой трофейный список не получит. Не заслуживает он ее, однозначно!
Глава 16. Мира
— В общем, странно я себя чувствую, Ир. С одной стороны, он классный, эффектный! В хорошем настроении, он даже засохший гриб умудрится очаровать. В такие моменты я теряю с ним голову. Но, когда голова включается, мне ужасно хочется от него отстраниться и наши отношения включить на минимальную мощность. Я ведь его так плохо знаю! По сути, только то и знаю, что он захотел про себя показать.
Мы сидим на широком подоконнике в длинном коридоре университета. Сбросив обувь, забрались на него с ногами и прижимаемся к прохладному стеклу. За окном уже темно, только фонари горят. Тихо, спокойно вокруг. Кто-то все еще учится, но большинство студентов разошлись по домам. У нас тоже должна сейчас идти лекция по истории искусства. Мы уже находились в аудитории, разложив перед собой конспекты, как вдруг представшая перед нами преподавательница, потирая покрасневшие глаза и сжимая ворох салфеток в руке, неожиданно прогнусавила:
— А хотите бесстыже прогулять эту пару? Предупреждаю, я сегодня слишком слабохарактерна, апчхи! и о вашем прогуле никуда сигналить не буду.
Неслыханная удача! Всех, конечно, как ветром сдуло! Никогда на моей памяти студенты из аудитории быстрее не исчезали! Заскочив в буфет, мы купили с Ирой по бутерброду и устроились на подоконнике секретничать.
Подруга склоняет голову, пока слушает мои сбивчивые откровения. Рыжие пряди при этом спадают ей на нос и она, смешно отфыркиваясь, отбрасывает их с веснушчатого лица. Пока я говорю, она оперативно расправляется со своим бутербродом и теперь, стоило мне замолчать, спрашивает:
— Вы проходили в школе по природоведению такой цветок, венерина мухоловка называется?
Мотаю головой. Что-то не припомню.
— Очаровательный, необычный цветочек. Красный внутри и зеленый снаружи. Так вот, это создание привлекает к себе насекомых красивым красным пигментом, а также ароматной субстанцией, напоминающей нектар. Когда насекомое садится на цветок, он захлопывается и потихонечку переваривает своего гостя.
— Фу, — морщу нос, вообразив себе эту картину. — Почему ты сейчас об этом вспомнила? Планируешь испортить мне аппетит, чтоб мой бутер отобрать?
— Нет вообще-то! Твой парень разлюбезный мне сильно напоминает этот самый цветочек. Привлекательный прикид, но только для того, чтобы заманить в свои сети такую чудесную девочку, как ты! А потом слопать!
Она легонько щелкает меня по носу. Ее слова звучат так феерично и неправдоподобно, что на всякий случай уточняю:
— Ир, ты ведь мне не из зависти это говоришь?
Она смеется.
— Тю! Еще спрашиваешь! Конечно, я завидую и даже не скрываю! Я бы и сама хотела, чтобы ко мне подкатил какой-нибудь мажорчик и увез меня в голубую даль на алых парусах! Но моя зависть никоим образом не мешает смотреть на ситуацию трезво и тебя оберегать! Понимаешь?
Киваю и улыбаюсь в ответ. Ира честная, за это ее и люблю. Если завидует — говорит открыто, если злится, то все об этом знают. Но и если нужно узнать адекватное мнение со стороны, то она для этого наилучший кандидат. Доедаю свой пирожок, облизываю губы и задумчиво говорю:
— И Влад мне то же самое талдычит. Родители наоборот уверяют, что Макс — моя самая большая удача. Выигрыш в лотерею. Вот и думай, кто из вас прав!
Ира смеется и несогласно качает указательным пальцем.
— Тут и думать нечего! Я права, конечно! И Влад тоже! Сама посуди! Нам с Владом от Макса ничего не светит. А твой отец сразу сказал, что парень влиятельный, тендеры распределяет. Твой предок — лицо заинтересованное, а значит и не слишком объективное!
— Даже если вы и правы, как мне с папой разговаривать? Все мои предчувствия и мелкие огрехи Макса для него не в счет!
— Ну так мы ж никуда не торопимся! Ты пока сильно своим бизнесменом не увлекайся! Понаблюдай за ним сначала, познакомься с его родней, с друзьями! Оцени его поведение в разных обстоятельствах. Вот и наберутся доказательства для отца. Сама увидишь!
Мы встаем с подоконника и идем к гардеробу одеваться. Помимо сегодняшних учебников, я набрала в библиотеке дополнительных книг по архитектуре. Рюкзак распух от солидных фолиантов и теперь сильно врезается в плечи ремнями. Скидываю его и несу в руке. Теперь уже лямки врезаются в ладонь и я недовольно морщусь. Орудие пыток какое-то! Если бы Влад шел рядом, он бы обязательно водрузил этот балласт себе на плечо! Но его здесь нет и его отсутствие обидно царапает настроение. Роняю рюкзак на пол и с досадой его пинаю. Проскользив пол метра по скользкому линолеуму, он останавливается. Со вздохом вскидываю его на спину и догоняю подругу.
Уже надевая куртку, крутясь перед зеркалом в вестибюле, Ира вдруг интересуется:
— Ну что, нашел твой Влад себе девушку?
— Не знаю. Вроде нашел. Но кто она, пока не сказал.
Вижу, как в зеркале отражается фирменная Ирина улыбка, с многозначительно приподнятыми бровями. Означающая: «Ага! Я так и думала!»
— И не скажет, пока ты с Максом мутишь!
— В смысле? При чем тут Макс?
Но она лишь пожимает плечами. Объяснять и не собирается. Ненавижу, когда она так делает! Говорит «А», а «Б» говорить отказывается.
Мы обнимаемся и расходимся в разные стороны. Ира живет почти в центре города, а я в спальном районе, и домой мы ездим с разных остановок. Вскоре подъезжает полупустой автобус, и я забираюсь на заднее сидение, поближе к окну. Еду и потерянно разглядываю мелькающие мимо пятиэтажки. Старые хрущовки — в такой моя бабушка раньше жила. Их все время в порядок приводят. То фасад реновируют, то трубы новые проводят. А дома все равно ломаются: сегодня одно откажет, завтра другое. Так и наши отношения с Максом. Все время их чинить приходится. Только одну неприятность исправим, как уже другая на подходе. Без передышки ремонтируем. Надолго ли нас хватит? Набираю номер Макса. Его обрадованный голос греет сердце. После первых приветствий предлагаю: