Премьер любил вставлять словечки из низкого стиля речи, подчёркивая тем самым свою причастность к народу и полагая, очевидно, не без помощи советников, что такой стиль позволяет ему обретать популярность и выглядеть демократом.
— Но дело сделано. После драки, как говорится, кулаками не машут. Нам нужно выкручиваться из ситуации. А как — вот вопрос? Представьте себе, если в семье четыре дочери в деторождаемом возрасте. Все они родят по два мальчика. А и их мама тоже родит двойню. Это получится десять детей в одной семье. Какая бы у них ни была квартира при этом, они сразу потребуют себе как минимум четыре новых. А где их взять в одночасье? На заседании правительства и в парламенте принято решение о выделении средств из резервного фонда. Международный валютный фонд тоже не остаётся в стороне и выделяет солидную сумму. Первый транш будет на днях перечислен. Но деньги — это ещё не решение проблемы. Их надо успеть освоить. А где проекты, где материалы и строители? Сколько куда нужно потратить? Вот же самые актуальные вопросы.
Президент посмотрел на председательствующего и, улыбнувшись, сказал в его сторону:
— Я когда говорил про окрошку, не имел в виду нашего президента. Надеюсь, он не обиделся за мой образ, но действительно проблем с первомайскими мальчиками, как составных частей в хорошей окрошке или салате.
А тут ещё и другие возникают одна за другой. Вот вы говорите, что приедет изобретатель и выступит с изложением своей концепции. А вы знаете, что нам пришлось выставить охрану возле дома, где он живёт, чтобы журналисты и прочие не мешали нормальной жизни его родным и ему, когда он приедет? Мне только что сообщили, я считаю необходимым довести до вашего сведения, что нашим молодым учёным заинтересовались зарубежные спецслужбы и уже сделали попытку склонить его к сотрудничеству с другим государством. Мы теперь думаем, каким способом переправить его в Москву, чтобы не было никаких эксцессов с прессой и другими представителями СМИ. Вот какую клюкву он нам привесил на нос своим открытием.
Премьер рассказал ещё о целом ряде проблем, которые необходимо решать в связи с предстоящим незапланированным рождением детей. Из его выступления напрашивался вывод о том, что запущенная Романом ракета принесла с собой шквал неприятностей правительству.
Президент академии слушал премьера, опустив голову, и поднял её, лишь когда выступавший руководитель закончил речь оптимистичной фразой о том, что общими усилиями все проблемы должны быть всё же преодолены.
Дождавшись, когда стихнут не столь правда бурные как раньше аплодисменты, председательствующий Окрошкин сказал:
— Мы рассматриваем сегодня тему детей, но первым, как я вижу, рвётся выступить наш уважаемый академик Раздумов, который занимается вопросами геронтологии. Пожалуйста, Вячеслав Васильевич, я не возражаю, чтобы вы продолжили нашу дискуссию. Вы хоть и без бороды, но всеми признаваемый аксакал среди нас.
К трибуне вышел довольно бодрой походкой совершенно седой, но свежо выглядящий мужчина.
— Да-с, уважаемые коллеги, мне скоро стукнет девяносто девять, а я продолжаю, как видите, заниматься наукой.
Зал дружно зааплодировал. Многие заулыбались.
Засмеялся и премьер. Он притянул к себе председательский микрофон и вставил своё слово:
— Вот такую науку мы приветствуем. Будем равняться на вас.
В зале раздался смех. Все оживились.
Раздумов тоже улыбнулся и продолжил выступление:
— Мне хочется доказать своими исследованиями и собственным существованием, что жить долго можно и нужно. Но речь сейчас вроде бы не об этом. Однако это как посмотреть. Я принимаю условия сегодняшнего семинара, что все мы студенты. Надеюсь только, что не первого курса института.
Зал откликнулся дружным смехом, но это не мешало академику, а, скорее, помогало ему завладевать всеобщим вниманием аудитории.