— Не надо нам старую социалистическую лапшу на уши вешать. Мы живём в другом государстве. Пора это осознать. Бабки есть? Несите. Будем думать, как вашего ребёнка пристроить к первомайским мальчикам.
Сельские бабушки, что знают всё и всегда наперёд по им только ведомым признакам, услышав по радио о том, что у всех женщин первомайского зачина будут мальчики, да не по одному, а по два у каждой, зашептали беспокойно:
— Это к войне, бабоньки. Когда мужиков становится больше баб, война начинается.
В городах шли разговоры и о том, что правительство запустило специфическую ракету с целью выколачивания денег с бизнеса и других налогоплательщиков, а деньги на самом деле пойдут не на детей, а будут, как всегда, разворованы и отправлены за границу.
Чего только люди не напридумывают?
В ответ на все эти измышления умные правительственные головы спокойно говорили:
— Мели, Емеля, твоя неделя, — и продолжали делать то, что считали нужным и полезным для себя. Ох, извините, — для народа, конечно. Это я оговорился.
Что же до слухов о происках зарубежных государств, то зарубежные средства массовой информации сами были переполнены всякими домыслами. В первую голову, испугались американцы. Если в советское время численность населения СССР составляла около двухсот сорока миллионов и почти столько же было в США, то после развала Советского Союза в России, если говорить о конкуренции в этом отношении, осталось всего сто пятьдесят миллионов и при этом происходило ежегодное сокращение народонаселения. И что же теперь будет, если начнётся такой быстрый рост? Глядишь, опять наступит равенство. ЦРУ было дано срочное задание выяснить, что лежит в основе этого непонятного явления в России.
Официально же другие посольства, как и американское, обратились с заявлениями в министерство иностранных дел России, требуя принять меры и ответить, что такое повлияло на всех женщин посольств и других иностранных представительств в Москве, что многие из них, которые даже пользовались не механическими, а химическими средствами предохранения, тем не менее, забеременели. В заявлениях говорилось, что этот факт вызовет определённые трудности в работе. МИД не знало, что ответить и предложило руководствоваться официальными заявлениями официальных лиц таких как Президент страны и Премьер-министр.
Тайное и явное
Через пару дней после посещения квартиры Науковых, полковник Заглядов нашёл номер телефона и позвонил Кулакову.
— Иван Юрьевич, снова Заглядов беспокоит. Я вас не отвлекаю? У вас не совещание?
— Нет-нет, — раздалось в трубке. — Сижу над рецензией диссертации молодой аспирантки. Слушаю внимательно.
— Я хотел только спросить, если вы знаете, — полковник говорил раздумчиво, неторопливо, взвешивая каждое слово, — какая там была история у Наукова младшего с его невестой? Почему их решение пожениться оказалось неожиданным, о чём мне рассказала его сестра?
— А вы уже у них дома были?
— Да, любопытства ради заехал.
Кулаков был не только учёный, но и опытный в вопросах дипломатии, потому не стал интересоваться, о чём любопытствовал полковник в квартире его коллеги учёного, и сразу стал прояснять заданный вопрос:
— Всё в общем-то довольно банально. Правда, это если смотреть со стороны. Для семьи моего друга, история с дочерью была трагедией. Её попытался изнасиловать одноклассник, но, борясь с девушкой, наткнулся боком на свой собственный нож и погиб. Алину обвинили в убийстве. На суде именно Науков младший, то есть Роман, привёл основные аргументы невиновности девушки, которую он любил и считал своей невестой. Её оправдали. Я был тоже на суде в качестве зрителя.
Полковник слушал, не прерывая, хотя пока что для него ничего не было ясно. Кулаков продолжал рассказ, не вдаваясь ни в какие детали для краткости:
— После окончания суда, Алину освободили, все кинулись её обнимать, в том числе и её спаситель и любимый Роман. Она обняла его, поблагодарила, но тут же заявила ему, что не выйдет за него замуж никогда. И это можно было понять. Умная девушка, она не хотела портить судьбу любимого ею человека своей биографией с судимостью. Как мне говорил потом её отец, дочь была в сильном стрессовом состоянии, потому никто не стал ни на чём настаивать. Прошёл год, но Алина не меняла своего решения. А в начале мая мне позвонил радостный Пётр и сообщил, что третьего мая Алина и Роман подали заявление в ЗАГС, а через месяц будет свадьба.