— Есть! Куратор в курсе?
— Сейчас сообщат. Это не моя компетенция.
— Понял.
— Успехов! До связи.
Аналогичный разговор состоялся с куратором генералом Авдруговым.
— Семён Семёнович, — опять же по имени и отчеству обратился к генералу отправивший его в дорогу шеф. Решено было не называть званий и вообще избегать служебной терминологии. — Маршрут удлиняется. Следуйте за седаном в район бывшей резиденции бывшего президента.
Рассказав о возникшей дипломатической проблеме, шеф сказал:
— Особенно не встревайте, не раскрывайтесь, сообщите Мишке (так они договорились называть Михальского). Сами не контактируйте, а он своё дело знает. От него всех отваживайте. Это главное. Снимите себе комнатку частным порядком. Вас встречает голубоватый мерс. О дальнейшем сообщу позже. Удачного отдыха!
— А вдруг он не прилетит? — спросил генерал на всякий случай. — Опоздает на самолёт или что? Кто будет выполнять его задание?
Ответ был резковатым:
— Это не ваша забота. Он уже летит и скоро с вами свяжется.
Действительно минут через тридцать у куратора зазвонил мобильник.
— Михаил на проводе. Куда едем?
— Двигай в Форос. Там позвони.
— О-кей, — прозвучало коротко и телефон отключился.
Мак-Алистер — в «вольво» бежевого цвета ехал он — времени даром терять не мог. Позвонив своей жене в Москву, спросил на английском языке, конечно:
— Кэт, ты узнала, что я просил?
Жена всё узнала.
— Ему звонили из Фороса. И он потом туда звонил.
— Точно? Не из района, куда я еду?
— Нет. Оттуда звонили раньше, а потом только из Фороса. Знаешь, где это?
— О, место известное. Там прятался будто бы их прежний президент.
— Ну да.
— О чём говорили, не сказали?
— Нет. И это с трудом удалось.
— Ну ладно. Это очень важно. Спасибо.
Опытный разведчик, Мак-Алистер предполагал, что водитель частной машины вполне мог знать и английский язык. На этот случай он говорил так, чтобы даже знающий хорошо его язык человек ничего не мог понять из разговора.
— У меня компания, — сказал он жене, что в разговорном английском означало «за мной увязался хвост». — Но всё будет нормально. Не волнуйся.
Подъезжая к турбазе, Мак-Алистер предупредил водителя:
— Не будем останавливаться. Поедем дальше.
— Но мы договаривались только до турбазы, — запротивился водитель. — У меня есть ещё другие дела.
— Я хорошо плачу, — ответил Джон. Решения он принимал быстро. — Кроме того, мы проедем ещё совсем немного. Я скажу, где остановиться. Дальше пойду пешком. Я же турист, — и он засмеялся открыто, весело.
Водитель, который не знал никакого языка кроме русского, и, разумеется, не понял ничего из того, что говорил Мак-Алистер жене, был рад услужить иностранцу и по привычке за каждую услугу брать дополнительные деньги, напомнил, что проезд дальше будет стоить дороже, с чем Джон легко согласился.
За турбазой вскоре дорога стала подниматься вверх. Увидев впереди просёлочную дорогу вправо, Мак-Алистер оглянулся. За ними машин не было.
— Сворачивай сюда, — скомандовал он. — Это была лесная дорога, проложенная на случай противопожарных мероприятий. По ней практически машины не ходили. — Ещё немного вперёд, а потом я пойду сам.
Водитель начал подозревать в иностранце шпиона, но решил, что довезёт его до нужного ему места, потом на обратном пути позвонит в милицию с турбазы и сообщит о странном туристе.
Словно угадав мысли водителя, Мак-Алистер попросил остановиться, поясняя:
— Я географ. Изучаю растительность Крыма. В конце весны и начале лета очень много интересных растений. Спасибо, что довезли. Сейчас будем рассчитываться.
Успокоенный водитель ожидал, когда пассажир достанет из кармана деньги, но сильный удар по голове заставил его потерять сознание. Очнулся связанным с залепленным лентой ртом в багажнике собственной машины. А она уже неслась в погоне за успевшим уйти не так далеко на подъёме тяжеловатым седаном. Но теперь за седаном двигался и «мерседес» с куратором, и белая «тойота», в которой сидел майор Быстров.
Там же на лесной дороге Мак-Алистер позвонил опять своему другу в Киев и сообщил, что омоновцы проехали мимо турбазы и направились в Форос. Спустя некоторое время эта информация уже из Киева поступила и беркутовцам, сидевшим на турбазе в ожидании. Те быстро вскочили в машины и стремглав понеслись в Форос, преследуемые открыто журналистами, почувствовашими, что ситуация накаляется, но в другом месте.