Воспользовавшись туалетными удобствами, гости сели за стол, разлили водку по стаканам, и Михальский рассказал Джону, что получил задание от своей фирмы пригласить Наукова к себе на работу, обещая огромный гонорар. Лучше истории Михальский выдумать просто не смог по причине своей не очень высокой грамотности, не вышедшей за пределы средней школы.
Мак-Алистер сделал вид, что поверил в историю, чувствуя, что фактически собеседник ломает перед ним комедию. Напоив Григория почти до бесчувствия, при отсутствии хорошей закуски это было сделать не трудно, сам американец едва пригубил водку, заменив её в своём стакане на воду, и тогда узнал из бессвязной речи опьяневшего в конец парня всю правду его деятельности и про то, что он был мелким воришкой и шулером, и про нефтяную компанию. Но как бы ни был пьян Михальский, он ничего не сказал про задание устранить молодого учёного, мешавшего почему-то его шефу. Поэтому американец принял своего знакомца за своего рода конкурента, но очень слабого, и не стал переживать на этот счёт.
Ещё ночью, устраиваясь в гостиницу, Мак-Алистер получил информацию от администратора о том, что его друг, как он назвал Наукова, в их отеле не появлялся. Утром Джон с трудом разбудил Михальского, и они спустились в ресторан позавтракать. У администратора Мак-Алистер получил подтверждение о том, что его друг Науков всё ещё не появлялся.
Американец заметил сидящего в кресле фойе мужчину, который спокойно дремал, прикрывши лицо газетой.
«Странные русские, — подумал он, — спят, как попало и где попало». Он часто видел спящих и на садовых скамейках, и у остановок или даже на площадях у фонтанов. При этом не всегда это были пьяные люди.
В данном случае Мак-Алистер крупно ошибся. Под газетой было вовсе не дремлющее, а давно пробудившееся лицо его преследователя. Майор накрыл лицо газетой, как только увидел фигуру американца.
Быстров прибыл в гостиницу «Севастополь» тоже ночью чуть позже Мак Алистера и, предъявив своё удостоверение, получил всю необходимую ему информацию. Севастопольцы в преимущественном своём большинстве к московским гостям и особенно правоохранительным органам относились очень положительно, всякий раз смотря на них, как на своих защитников.
К своему удивлению майор узнал, что Науков здесь не останавливался, а американец приехал не один, а с каким-то Михальским и даже оплатил его номер вместе со своим за двое суток, хотя сначала просили один двухместный. Просмотрев лист регистрации Михальского, Быстров списал паспортные данные и у себя из номера позвонил в Москву с просьбой срочно выяснить, что это за человек. Ночью его разбудил звонок из столичного управления. Дежурный сказал, что удалось выяснить криминальное прошлое Михальского, которое он отработал в лагере, но парень больше не задерживался. Сначала милиция потеряла его след, а потом один из арестованных грабителей сообщил, что Щуплый, как они звали Михальского, сменил фамилию на Адамовича, находится на фартовом месте и оказывает содействие в качестве наводчика за определённый процент. На него заведено дело в пособничестве грабежам.
«Значит, уголовник. Хорошая компания у разведчика», — подумал майор и заснул. Утром встал по привычке рано, убедился у администратора, что его клиенты не выходили. Позвонил по смешной фразе «Лимоны даме, муза бабуле», то есть Захватову.
— Григорий, вы здесь или ещё там?
— Здесь-здесь, в гостинице, рядом.
— А машина где?
— Тоже здесь.
— Надо бы её за угол убрать. Очень уж заметная.
— Она там и стоит. Это мы понимаем. Но у нас теперь другая. Мы на Волге.
— Ну, спасибо. А то я переживаю. Мой подопечный слишком ушлый. Не знаешь, какой фортель выкинет. Ты не светись особенно, но будьте наготове в любую минуту.
— Ладно. Ребята, конечно, недовольны, что спать пришлось в машине, а не у моря, но такова наша доля. Привет!
Быстров позавтракал и сел в фойе в ожидании. Настойчивый интерес, проявленный Мак-Алистером к личности учёного, уже давал основания, по мнению майора, к аресту иностранца. Его подход с вопросом к администратору он снял скрытой камерой.
Мак-Алистер после скорого завтрака поспешил к себе в номер, позволив Михальскому в одиночестве допивать кофе, нашёл в компьютере номер телефона старой знакомой журналистки.
— Это Ася? — спросил он, услышав приятный женский голос.
— Да, Ася. А кто это?
— Я очень рад вас услышать. Вы помните вашего американского друга из журнала «Нэйшнл Джиографик»? Мы с вами пили шампанское на Ай-Петри.