13 сентября шхуна подошла к мысу Пронге, поросшему еловым лесом, перемешанным с березняком и ольховником, и бросила якорь в небольшой бухте. На следующий день Воин Андреевич отправился на баркасе в Петровское зимовье, русский опорный пункт в районе амурского устья.
За коменданта зимовья оставался гарнизонный врач. Г.И. Невельской отправился неделю тому назад с судном Российско-Американской компании "Николай" и транспортами "Иртыш" и "Байкал" основывать русские военные посты на Сахалине. По инициативе Геннадия Ивановича некоторое время тому назад были оставлены гарнизоны в бухте Де-Кастри и в Императорской гавани на материковом побережье Татарского пролива.
Петровское зимовье было основано еще в 1849 году, когда Г.И. Невельской зашел сюда на транспорте "Байкал" для исследования и описания амурского устья. Место для поселения он выбрал на пустынной косе, намытой из песка и мелкого камня и примыкающей к берегу материка, к северу от Амурского лимана. У зимовья коса расширялась до 400 саженей. В других местах она была уже, так что прибой Охотского моря легко перехлестывал через нее в штормовую погоду. От материка коса отделялась узким перешейком и заливом Счастья, у входа в который лежал небольшой продолговатый остров Удд.
Поселение, несмотря на пронизывающий ветер и гулкий шум морских волн, произвело на Воина Андреевича самое отрадное впечатление. Строения были лишены показной роскоши и комфорта, но свидетельствовали об удобстве. Два офицерских флигеля, казармы, домики врача и священника, бани, хозяйственные постройки, навес для гребных судов — все это строилось фундаментально, добротно из прочных лиственничных и сосновых бревен, причем всего за два с половиной года, собственными силами маленького гарнизона. Вытащенный на берег обветшавший бриг "Охотск" служил портовым магазином. Снятые с брига четыре пушки защищали гавань. Во всем чувствовалась твердая хозяйская рука, энергия неутомимого Геннадия Ивановича. По его внушению обитатели зимовья развели огороды на продуваемой сквозными ветрами косе. Нелегкие заботы мужа самоотверженно разделяла Екатерина Ивановна Невельская, молодая и миловидная, хрупкая на вид женщина. Воин Андреевич счел своим долгом нанести ей визит и добрым словом помянул эту замечательную русскую женщину в своем дневнике.
В зимовье В.А. Римский-Корсаков встретил дружный, слаженный коллектив энтузиастов, подвижнически переносивших трудности. Каждый здесь поневоле становился мастером на все руки. Палубный матрос мог превратиться в плотника, бомбардир — в рыбака или заготовителя дров. Офицеры выполняли обязанности научных исследователей и организаторов-хозяйственников. "Утешительно видеть среди безжизненной природы, за 13000 верст от России, человек 50 удалых ребят, которые на все руки горазды: мигом срубят вам избу, застрелят нерпу или сивуча, одинаково ловко прокатят вас и на собаках, и на оленях, и на дощатой гиляцкой лодке", — писал мореплаватель.
Петровское зимовье официально считалось факторией Российско-Американской компании. На флагштоке развевался компанейский флаг. Компания располагала в этом крае монополией меховой торговли с туземным населением и была обязана доставлять сюда для русских поселенцев необходимые съестные припасы. Вместе с тем зимовье продолжало служить главной базой Амурской экспедиции Г.И. Невельского. Отсюда Геннадий Иванович рассылал во все концы края своих сподвижников для научных исследований и описей.