По достижении 18-летнего возраста Муравьев получил офицерский чин и начал службу в лейб-гвардии Финляндском полку, в составе которого участвовал в войне с Турцией, владевшей тогда всем западным побережьем Черного моря, включая территорию сегодняшней Болгарии. Молодой офицер принимал участие во взятии Варны и за отличие в боях был произведен в подпоручики. Затем, прикомандированный к пятой Черноморской флотской бригаде, находился в числе десантников, бравших Сизополь, сражался у стен Шумлы и Адрианополя.
За проявленную во время Турецкого похода храбрость Муравьев получил два боевых ордена и самую почетную для офицера награду — золотую шпагу с надписью "За отвагу". Он быстро продвинулся по службе, став штабс-капитаном в двадцать лет. Но, несмотря на такое многообещающее начало, ему вскоре пришлось уйти в отставку по болезни — он заболел особой местной лихорадкой, от которой не мог избавиться и в Петербурге. Несколько лет пришлось жить в имении отца. Но уже в 1833 году Муравьев снова в действующей армии, теперь уже на Кавказе. Теперь он адъютант командующего Кавказским корпусом генерала Е.А. Головина, бывшего командира его полка.
Молодой адъютант отлично справлялся с обязанностями, был умен, точен, исполнителен и неоднократно имел случай проявить свою храбрость. В бою при Ахульго Муравьева ранило в руку. По излечении он стал начальником Черноморской береговой линии, а в 1841 году, тридцати двух лет от роду, стал генерал-майором. Однако новая, еще более серьезная вспышка болезни заставила Муравьева покинуть военную службу. В 1844 году он уехал лечиться за границу. Там познакомился с мадемуазель де Ришмон, представительницей знатного французского дворянского рода. Ее, принявшую православие и ставшую впоследствии женой Муравьева, в России звали Екатериной Николаевной.
ПРАВИТЕЛЬ ГУБЕРНИИ
После возвращения на родину в 1846 году Николай Николаевич стал числиться по министерству внутренних дел и вскоре, не без протекции по-прежнему благоволившей к нему великой княгини Елены Павловны, был назначен тульским губернатором. Молодой по меркам того времени для такой должности, мыслящий широко и свободно, Муравьев получил немалую известность тем, что представил царю свой проект освобождения крестьян от крепостной зависимости.
Рассуждая о причинах "государственных переворотов" — так он называл революционные движения, — Муравьев называл в качестве таковых следующие: "неимение недвижимой собственности", нищету народа, несправедливое распределение государственных повинностей и "привилегии некоторых сословий в отягощение народа". Он писал: "Благосостояние и спокойствие государства зависит от возможно равного уравнения сословий, или разделения земель целого государства на возможно равные части между народом, чрез что народ приобретает недвижимую собственность, и водворяется кредит между крестьянами — основание торговли, и тогда пролетариев в государстве существовать не будет — главного орудия возмутителей общего спокойствия; распределения по мере собственности каждого гражданина платежа государственных повинностей, дав возможность каждому члену государства, или гражданину, к развитию его способностей и возможностей, к образованию его. Необходимо будут доступны для каждого, по способностям, места государственного управления; таланты не будут гибнуть, и каждый будет иметь возможность идти по его призыву, и тогда судопроизводство в государстве может быть публичное, адвокаты и присяжные будут люди образованные морально и умственно, чрез что, по несовершенству человеческой натуры, уничтожатся и судебные злоупотребления".
Конечно, проект весьма наивен: так, главный "способ достичь благодетельной цели для всех сословий", по мнению молодого губернатора, это "дозволить помещикам освобождать крестьян в вольные хлебопашцы без согласия крестьян". Конечные же результаты освобождения крестьян Муравьев видит в том, что "государство будет разделено на небольшие фермы, чрез что хлебопашество дойдет до высшей степени совершенства. Ограничением количества приобретения земель уничтожается возможность приобретения больших поместьев, совокупление богатств в одни руки — система гибельная для каждого государства, порождение бездушного эгоизма! Народ, получивший гражданство чрез владение недвижимой собственностью, будет доступен образованию: луч просвещения озарит его, и семя моральное, убитое рабством, разовьется в нем во всей силе возрожденного человека".