Она медленно кивнула.
— Кажется, я поняла. Мы неправильно воспринимаем друг друга.
— То есть? — слегка опешил я.
— Я повела себя, будто мы оба пони. Ты отреагировал, словно мы оба люди, — объяснила Селестия. — Возможно, твоя вторая альтруистическая причина не так уж смешна, как мне казалось.
— Ну, мне ни одна из них не кажется надуманной, — улыбнулся я.
Забавно, что нам одновременно пришла в голову почти одна и та же мысль. Я снова уставился на листы, но сосредоточиться на деле не получалось. Ещё раз прочитал про себя «асата ма», но лёгкое раздражение всё равно осталось. Надо бы успокоиться, да и что-то в горле пересохло…
— По чайку? — предложил я.
— Давай, — согласилась Селестия, и мы пошли наружу.
Сидеть в закрытой библиотеке, свет в которой исключительно искусственный, не нравилось ни мне, ни ей, поэтому все завтраки, обеды и ужины мы проводили на открытом воздухе, а точнее — на башне «Заката и Рассвета» (и это её официальное название!). Ходить по длиннющим винтовым лестницам из инвертированной башни в нормальную мне особого удовольствия не доставляло, но это позволяло более-менее держать себя в тонусе, учитывая мою нынешнюю диету.
— Луну звать не будем? — поинтересовался я, окончательно успокоившись в ходе подъёма.
— Сегодня приёмный день, так что вряд ли у неё найдётся хоть одна свободная минутка.
— Жаль…
Обычно ночная аликорна составляла нам компанию, с радостью используя любую возможность улизнуть от переложенных на неё Селестией обязанностей, но, похоже, не в этот раз.
— Арт, тебе нравится Луна?
— Тия, ты опять? — искоса посмотрел я на неё. — Ну что тебе так моя личная жизнь интересна?
— Просто любопытно, — невинно улыбнулась она.
— Да, мне нравится Луна. А ещё мне нравишься ты. Но, возвращаясь к тому что мы обсуждали, это не мои чувства. Тогда, в больнице, я восхищался твоей красотой, но также восхищаются красотой восхода без какого-либо подтекста. Это было моё собственное видение и моё собственное восхищение. То, что сейчас мне хочется услышать, как ты стонешь, и достоверно установить, есть у твоего ушка вкус ванили или только запах — чужеродное внушение, не принадлежащее мне ни одной гранью. Если я ему поддамся, то просто перестану себя уважать.
— Луна говорила, что ты вроде бы уже поддался? — хитро улыбнулась Селестия.
— Не напоминай… — простонал я, но уже было поздно, я снова ощутил отзвук поцелуя принцессы ночи, и по спине пробежала волна сладостных мурашек. — Блин. Наверное, я всё-таки смог бы остановиться…
— Возможно, — хихикнула Селестия. — Но что если пони даст тебе понять, что хочет продолжить?
— Это такое завуалированное предложение? — ехидно поинтересовался я.
Принцесса дня бросает на меня снисходительно-одобрительный взгляд, который я расшифровал как «нет, но попытка забавная».
— Хм… — я задумался. — Если после того, как я сюда попал, мне предложили бы что-то вроде, я бы безмерно удивился, а потом отказался. Значит, это и есть правильное решение.
— Интересное ты всё-таки существо, — улыбнулась Селестия. — Ты себя так на чем угодно проверяешь? Захотел выпить чаю, и сразу ретроспектива — «пью ли я чай? Пью ли я чай в это время суток? Пью ли я чай в это время суток с тортиком или с пирожными?»
— Нет, только на том, что мне не свойственно, — усмехнулся я.
— И как только не путаешься? — рассмеялась она. — Ведёшь списки, как Твайлайт?
— Веду, а как же… — ответил я и ехидно спросил, улыбнувшись внезапно пришедшему в голову сравнению. — Тия, вот как ты понимаешь, что совершенный тобой поступок — правильный?
— Неожиданный вопрос, — улыбнулась она.
— На него ещё и ответить сложно, — хмыкнул я. — Попробуешь?
— Лучше послушаю. Мне нравится твоё парадоксальное мышление.
— Мне воспринимать это как комплимент? — поднял бровь я.
— Лучше не надо, — хихикнула она.
— Хм. Ладно, попытаюсь тебя порадовать. «Правильное» — это традиция. До какого-то момента мы не сами для себя его определяем, это для нас делают другие. Родители говорят нам что хорошо, а что плохо, окружающие ждут от нас определённого поведения, ну и так далее. Можно сказать, что у каждого в голове сидит маленькая Твайлайт и составляет список, в котором, слушая что говорят другие, напротив разных действий ставит плюсы или минусы, а потом советует нам, как правильно действовать соответствии с этим списком. То, что отмечено плюсиками, и есть «правильное»… — я с наигранным укором посмотрел на аликорну. — Ну вот что тебя так рассмешило?
— Просто представила себе эту картинку, — сквозь смех ответила она.
— Тогда дальше будет лучше. Помимо маленькой Твай в каждой голове есть ещё и маленькая Пинки, которая тоже ведёт список, только уже того, что хочется нам самим. Увидев что-то из этого списка, она начинает радостно вопить, прыгать и требовать это заполучить, обещая закатить по случаю приобретения крутейшую вечеринку… ты ещё следишь за мыслью?