— Бухло варю, человеческой крепости, — я поднял с пола книгу, и тут мне в голову пришла замечательная идея для мести. — Попробовать хочешь?
— Ха, наливай! После минотаврьей ракии ты меня ничем не удивишь.
— Ну смотри… — усмехнулся я.
Ареометра у меня, ясен фиг, не было, так что годность напитка я оценил на вкус. Бр-р-р… ну, неплохо, для первой-то перегонки. Яблочками отдаёт. Но чересчур крепкий, не для понях. Не меньше шестидесяти градусов.
— Разбавить бы, — задумчиво произнёс я.
— О, у меня как раз есть чем! — обрадовалась она и вытащила из сумки полупустую бутылку с водой.
— Сойдёт, — я взял воду и перелил её в кружку. Попробовал. Можно было бы и ещё, но да ладно, всё равно она и этого не выпьет. — Держи.
Единорожка довольно улыбнулась, подхватила кружку телекинезом и сделала один решительный глоток, выпучила глаза, и я уже дёрнулся было уклоняться, но Винил всё-таки смогла не только удержать напиток во рту, но даже его проглотить.
— Кха-кха… ладно, удивил, — произнесла она. — И вы это пьёте?
— Мы, порой, и не такое пьём, — хихикнул я, вспомнив историю абсента. — Куда? Это тебе не сидр!
— Да ладно, я чего-то такого не пробовала уже лет пять, с тех пор как ездила к минотаврам… — единорожка опять приложилась к кружке и помотала головой. — Ух-х-х!
— Хватит, — я отобрал кружку у единорожки и прикинул, сколько она успела выдуть. — Иди закуси яблочком и можешь начинать молиться.
— О чём? — удивилась она.
— О том, чтобы похмелье было лёгким.
Самогон вроде не мутнеет, да и собрано всё по правилам, так что сивухи должно быть минимум, но всё равно — первая перегонка, да и неизвестно как поньки среагируют на крепкий алкоголь… Луна с меньшего (в процентах) количества захмелела достаточно, чтобы мы лишь чудом не оказались в одной кровати. А Луна крупнее и, к тому же, аликорн.
— Да-а-а… — задумчиво протянула Винил. — Действует быстрее, чем та ракия… а что это ты читаешь?
— Биологию поней, — я потянулся к книге, но Винил успела первой и притянула её к себе телекинезом.
— Ого-го! — восхитилась она. — И как, интересно?
— Очень. Всё-таки пони сильно отличаются от людей.
— Это трудно не заметить, — хитро посмотрела она на меня и перелистнула страничку. — И давно мы тебя интересуем?
— Да с самого первого дня.
— Вау, — она удивлённо покачала головой. — Для жеребца ты просто потрясающе прямолинеен! Мне это нравится… — она снова ехидно улыбнулась. — Ну и, как думаешь, возможно?
— Что возможно? — не понял я.
— Что-что… — фыркнула она. — Секс, конечно!
— Э? При чем тут это? — удивился я и тут же понял. Выхватил книгу из телекинетического поля единорожки и развернул к себе. Ну точно. — Винил. Она просто открылась на этом разделе, когда упала на пол. Я читал про вашу магическую систему, а не половую.
— Ага-ага, — ехидно улыбнулась она. — Оправдывайся теперь.
— К половой я как раз собирался перейти. Из чисто научного интереса.
— Могу быть наглядным пособием… — мурлыкнула единорожка, подходя ближе. — С возможностью потрогать и даже приобщиться…
От её голоса у меня прям мурашки по спине пробежали. Как же хорошо, что Церкин подарочек привязывается к человеческой физиологии, а не действует постоянно во всю свою таранную мощь. Впрочем, в этом ещё надо убедиться.
— Хорошо, — кивнул я. — Загляни ко мне сегодня ночью.
Глаза единорожки удивлённо распахнулись.
— Я ведь зайду, — предупредила она.
— Вот и замечательно. Мне как раз понадобится наглядное пособие.
— Тогда жди, — ухмыльнулась она, а потом, словно только сейчас вспомнила, произнесла: — Арт, а как насчёт ужина?
— Это ты приглашаешь или намекаешь на то, что его неплохо было бы приготовить? — уточнил я.
— Я не намекаю, я прямо говорю! — гордо произнесла она и посмотрела на меня фирменным котёночьим взглядом. — Позязя?
— Дружба будет гораздо прочнее, если хотя бы у одного из друзей водится чего-нибудь пожрать, — саркастически прокомментировал я.
— Точно! — энергично закивала Винил. — Особенно когда один из друзей так вкусно готовит!
— Ладно-ладно, не надо мне льстить.
— Я не льстяю! Ой, то есть… не льстю? Льстью-ю… — она хихикнула. — Ну ты понял.
Я подозрительно посмотрел на единорожку. Мне кажется, или кто-то стремительно захмелел? Боюсь даже представить себе, что было, когда она у минотавров угощалась. Хм… а не оттуда ли её подозрительное влечение к двуногим?
Когда мы вернулись в дом, я застал на кухне Октавию. Она с отсутствующим выражением осматривала содержимое холодильника.
— Окти-и-и! — радостно взвизгнула Винил и спикировала на подругу, как ястреб на добычу.