Ни разу не слышал.
— Она сказала, что преданность мечте всегда достойна восхищения, и что мной даже может заинтересоваться сама Селестия. Она выглядела так уверенно, что мама сдалась. И на следующий день я пошла сдавать экзамен.
— Ух ты, — улыбнулся я. — Значит, ученицей Селестии могла бы стать и ты?
— Вряд ли. Ты же видел, как я колдую, — она хмыкнула. — Но экзамен я прошла, хоть у меня и не получилось вылупить то яйцо. Магии я вбухала столько, что аж рог заболел, но всё равно ничего не получилось… я тогда очень расстроилась и думала, что меня выгонят. Все вокруг сидели такие строгие…
Я улыбнулся, вспомнив про объяснения Селестии на этот счёт. Интересно, а что у неё теперь в качестве проверки на психическую устойчивость учеников?
— А дальше всё пошло наперекосяк, — вздохнула единорожка. — Там все владели магией не хуже меня.
— Но ты к такому не привыкла, — задумчиво произнес я. — Тебя никто особо не хвалил, и из первой, лучшей из лучших, ты стала обычным середнячком. И ты изо всех сил пыталась выбиться обратно в первые?
— Откуда ты знаешь? — нахмурилась она.
— Типично, — пожал плечами я. — Забавно, что некоторые вещи в психологии людей и пони настолько совпадают.
— Первый год со мной иногда занималась Сансет, — улыбнулась Трикси. — Показывала, как правильно творить заклинания, учила новым, а я развлекала её своими трюками и рассказывала про то, как стану великой фокусницей.
— Ученица ученицы Селестии? — хихикнул я. — Тебе прямо-таки один шаг оставался.
— Ага! Я очень хотела, чтобы принцесса меня заметила, и старалась изо всех сил! Мечтала, что мы обе будем у неё учиться… — единорожка помрачнела. — А потом Сансет ушла. Мне она сказала, что Селестия её только ограничивает, и что теперь она будет учиться сама. Я очень просила взять меня с собой, но она сказала, что не может. И тоже пропала…
Нда-а-а… вот же судьба у девчонки.
— А потом появилась Твайлайт! — зло произнесла Трикси. — Вылупила это злосчастное яйцо, которое никто не мог вылупить, и Селестия сразу же взяла её в новые ученицы! Словно и не было никакой Сансет Шиммер!
— Так вот откуда у вашей вражды ноги растут, — протянул я.
— Я её терпеть не могла. Она была вся такая одарённая и совсем этого не замечала! Ей всё давалось так легко, а она просиживала днями и ночами за книгами со старой магией! А я… без помощи Сансет покатилась вниз. Занятия становились всё сложнее и сложнее. Я училась изо всех сил, тренировалась, пока никто не видел, но всё равно была одной из отстающих! А эти кантерлотские единороги только смеялись, что деревенская выскочка наконец-то заняла своё место.
— Дети бывают жестоки, — вздохнул я. Проверено на себе.
— Я была лучшей! — крикнула Трикси. — А стала… ничем. Высшая магия у меня не получалась вообще, как бы я ни старалась. Поэтому я ушла. Бросила школу и решила стать фокусницей, как и собиралась. Того что я знала мне должно было хватить запросто. Сначала я искала Найджела, но так и не нашла. Хотела встретиться с Сансет, но и про неё никто не знал. Даже сама Селестия.
— Ты добилась аудиенции у принцессы? — удивился я.
— Угу. Принцесса Селестия такая страшная… — Трикси поёжилась.
— Да ну, серьёзно?
— Да! От неё словно веет древней силой, и она так строго на меня смотрела, будто насквозь меня видела. Спросила, зачем мне Сансет, а потом сказала, что не знает, куда она могла направиться. И всё.
Интересно. А я-то думал, Тия ми-ми-милашка и её все любят и безмерно уважают. А она, оказывается, и вон какой может быть. Надо будет ещё других спросить, что они думают по поводу своей принцессы. Любопытно же.
— Значит, ты никого так и не нашла. И что стала делать тогда?
— Уехала из Кантерлота и стала выступать с фокусами, которые придумала сама. Но если в деревушках с земнопони мои представления шли на ура, то любой завалящий пегас или единорог старались вывести меня на чистую воду, говорили, что это простая магия и ни для чего кроме кьютсанэйры не годится. И тогда я стала вызывать их показать что-нибудь более впечатляющее, раз такие умные. Некоторые пытались, и я заметила, что эти поединки привлекали больше пони, чем любая реклама!
— Вон оно что, — улыбнулся я. — А хвасталась зачем?
— А так больше желающих макнуть меня в грязь появляется, — усмехнулась Трикси. — Все думают, что сейчас проучат хвастунишку и соберут овации. Но побеждала всегда я.
— Какое коварство, — восхитился я.
— Сначала я просто говорила про прошлые победы, а потом начала привирать. Про Урсу и прочее, — она вздохнула. — И даже сама стала верить в то, что вся такая непобедимая. Так и жила… а потом пришла в Понивилль.