— Риск всегда был нашей козырной картой, Хтот-Миргат. Опасности, это наш путь, не забывай этого, тем более, большинство из нас поддержало мою идею отправить туда именно Онора, — сказал Таши-Олл, обводя всех Старших перворожденных своим бесстрашным взглядом. — Что скажут остальные, ваш вердикт.
— Так или иначе, за Йаси-Дсикаль нужно присматривать. Дети ослепшего, ничего невидящего Творца должны будут предстать перед нашим судом. Слишком много смертных пострадало от их кровожадных рук. — Высказала свое мнение Генаэнь, сжав свои изящные пальцы в кулак, способный заставить самого стойкого бессмертного «нервно курить в сторонке»…
Генаэнь была уроженкой Кольмунеса, Вселенной, которой пришлось долго подниматься из грязи, чтобы воспрянуть вновь. Когда Генаэнь стала настоящим Хранителем, она излечила раны родной Вселенной, став ее Творцом. Но предпочитая трон Старшего Совета Хранителей, управляя Кольмунесом на расстоянии. Это требовало значительного напряжения от самой перворожденной, но Генаэнь доказала всем, что она не из робкого десятка. Красота же ее могла убить кого угодно. Она была столь убийственна, что любая «Афродита» забилась бы в истеричном припадке, начав кусать локти от зависти. Многие боги пытались добиться ее руки, но Генаэнь напрочь отшвыривала ненасытных ухажоров, которые не удовлетворяли ее запредельный аппетит. Но если говорить на чистоту, то Генаэнь когда-то нанесли сильную психологическую травму на любовной почве. Она никому еще не пыталась рассказать о предательстве ее возлюбленного, который кинул ее на все четыре стороны, плюнув в душу. Разгневанная, Генаэнь хотела уничтожить наглеца, но, так и не смогла, понимая, что став Хранителем, должна беречь, а не разрушать. Сейчас пышные белокурые волосы разветались наветру, подобно самой воздушной стихии. Черты ее красивого лика были стройны и грациозны. Немного остры и хищны. Зрачки, цвета лазури не выражали каких либо эмоций. Губы сжаты, готовые к любому ответу сверстников. Тело расслабленно. Платье, сотканное из меха самца зодарим и покрытое самоцветами разных мастеров, говорило само за себя. Ну, а ее грудь, сладко выделялась на всеобщее обозрение, вселяя в души бессмертных бурю протеворечивых желаний, необузданных страстей, и черт знает чего еще. Другой, рядом сидевший с ней Старший Хранитель не отличался красотой и элегантной речью. Его багрового цвета лицо все в шрамах разной величины давали понять, что бедолага претерпел практически все муки адовы и даже больше. На его голове не было волос. Уши немного заострены, как у многих рас, тех же эльфов, сотворение которых еще было впереди. Ростом по меньше, чем здоровяк Хтот-Миргат, но чуть выше чем Таши-Олл, этот член Совета Старших носил непроницаемую «маску», под которой скрывалась сама доброта и невинность. Из одежды на Хранителе имелись кожанные штаны, на разных концах которых были закреплены вьющиеся нити из неизвестного материала, олицетворяющие перемены бытия. Оголенный торс перворожденного напоминал целое море ран и порезов, всевозможных шрамов и других списков его достопримечательностей. Темное ожерелье из известного всем нам титана заканчивало описание этого бессмертного. Была правда еще одна татуировка на правом плече, обозначающая знаменитый знак «Триединства». Это был Великий, Сокральный Символ Хранителей. Показывающий Изначальный Свет, Тьму и порожденную ими, через узы Чистой Страсти, уникальную энергию, которая у перворожденных называлась Алая Сила. Три разноцветные капли черного, белого и красного отражали все то, кем этот скромный бессмертный являлся в действительности. И когда Генаэнь закончила говорить, послышался гулкий скрипучий бас Римуна:
— Довольно споров. Время само разрешит нашу с вами проблему тем или иным образом. И если Угето-Онор справится с возложенной на него миссией, я закрою глаза на его самодовольную наглость.
— Я учту твои искренние пожелания собрат, — сказал Таши-Олл. — Но помимо Йаси-Дсикаль, у нас еще много не разрешенных проблем. — Между делом напомнил своим коллегам Верховный Хранитель.
— Два кандидата выжили в предварительных испытаниях из всех двадцати шести избранных. Как ты объяснишь мне этот провал, Альдемарадар? — облокотившись в своем троне, Таши-Олл внимательно наблюдал за Старшим богом, ответственным за предварительные состязания избранных.
Тот в свою очередь не выказывал ни малейшего страха перед Верховным Хранителем. Альдемарадар на редкость, являлся одним из самых выносливых Хранителей, чья стойкость и неприступность тела и духа были легендарными среди иных бессмертных.