Ликую я, что был рожден Тобою, Яту-Эль!!! Ибо Ты, это я, а я, — это Ты!!!
Мой малыш. Сердце мое сжимает радость от музыки твоей любви. Жаль, что остальных пока что не дождусь я в этот миг.
Согрею я Тебя, своим пламенным сердцем, утешу Твою печаль.
Ах, мой милый Свет. Всех детей своих люблю я, и каждый дорог мне. Прими же дар мой Лучик Первозданный. Познай же ты, как дорог мне.
О-о-о…Яту-Эль! Моя возлюбленная Мать!!
Истина моя снизайдет на тебя, мой Асиу-Исиндаль-Кутух-Ми-Ашеану-Адонай. Безгранично имя твое, мое дитя. Множество имен даруют тебе. Лишь я и ты, мой яркий Свет, знать будем, истинно присущее тебе и мне.
Да возрадуются миры сотворенные Тобой. Ибо я приумножу их для Тебя!
Да возрадуется сердце мое, ибо я люблю тебя…
Таким вот образом только что родившееся божество разговаривало со своей загадочной Великой Матерью. Они еще долгое время делились своими мыслями, когда пришел момент на время закрыть эон-нить, чтобы почувствовать адаптацию бога к окружающей его действительности. Это не означало, что связь с Ней прервана. Нет. Эта связь нерушима даже тогда, когда боги отрекаются от своей Великой Матери. Которая смотрит на это с пониманием и любовью, молча ожидая, когда же Ее «глупое» дитя вернется к ней. Так закончился третий этап созревания божественного «младенца» в сияющем коконе. После чего оболочка исчезла совсем, предоставляя перворожденному всю свободу реальной действительности, в которой он находился. Переливаясь всеми цветами радуги, Асиу был преисполнен удивительным спокойствием, на время, застыв от предвкушения познания Истинной Вселенной. Как бог, он уже знал многое. Но если сравнивать его и Великую Мать, это означало лишь безграничную бездонную пропасть, которую ему придется заполнить, чтобы вновь встретиться с Яту-Эль, уже в другом измерении.
Глава 2. Зов.
Таль-Мегель медленно оборачивалась вокруг своего искусственно созданного светила. Параметры звезды были составлены таким образом, чтобы ее энергия оказывала на планету сбалансированный микроволновой эффект, дающий Таль-Мегелю максимум выгоды. Земля была богата полезными ископаемыми. В ее обширнейших бездонных недрах покоилось грандиозное скопление таких удивительных фундаментальных элементов, что если бы об этом узнал Менделеев, то позабыл бы про все на свете. Большая часть поверхности сплошняком была покрыта громадными «непреодолимыми» сверхгигантскими горами, чьи вершины потрясали своей непревзойденной красотой и строгостью. Некоторые «скалы» были просто-таки чудодивным шедевром, и своим ростом уходили аж за «призрачные» облака. Одна из таких гор, называлась Вершиной Судеб. И место это было, весьма загадочным и тайным, чьи секреты охраняли могущественные «первобытные» бури, способные сокрушить все на своем пути. Еще одна похожая возвышенность стояла неподалеку. Такая же высокая, но слишком узкая. Ее шпиль диаметром в два метра, всегда действовал на нервы всем, кто пялился на нее. За это, горе дали такое милое прозвище, как Дикий Дух. Остальная часть Таль-Мегеля была распределена на континентальные сферы, между которыми располагались океаны и моря, а так же реки и их озера. Там вовсю кипела жизнедеятельность всевозможных организмов всех мастей, которые были безукоризненно спроектированы, а затем созданны Творцами при помощи Высшей Магии. В самом центре планеты находилось гипер раскаленное ядро, радиус которого был 6371 километр. Вокруг него находились еще меньшие малые ядра, вращающиеся в разных направлениях. Такая технология позволяла держать ядро в «форме», мотивируя его и придавая ему силы. Сама геотерма ядра, носила уникальный характер. Генерируемые им титанические силы придавали Таль-Мегелю универсальную структуру. Мощную, Крепкую и Сильную. Ни одна другая планета во всей Единой Вселенной, и во всем Материнском Пространстве, не способна была на это. Дух планеты, сам Аль-Таль-Мегель, пребывал сейчас в блаженстве, в самом центре ядра. Он грозно смотрел и слушал своих обитателей и забавлялся ими, словно ребенок. Таль-Мегель процветал, как и всегда. По-другому просто не могло быть, ибо он носил Печать Великой Матери. Этот мир целенаправленно сотворили сами истинные боги, Ее первые дети, один из которых, сейчас только что спикировал на остроконечную вершину узкой горы, вдавив ботинки в горную породу. Таши-Олл был разозлен. А когда он гневался, то всегда направлял свою ужасающую энергию себе на пользу. Вокруг него собралась буря, а молния, что ударила в сантиметре от него, — дала команду начать тренировку. Перворожденный закружился, в неистовстве и первобытном буйстве, чувствуя приливы и отливы грозных сил, танцующих рядом с ним. Выжить посреди такого хаоса было проблематично, но возможно. Старший бог впал в транс, позволив неугомонной стихии Таль-Мегеля поглотить себя. В ней Верховный Хранитель чувствовал себя спокойным и умиротворенным, словно был частью самого Таль-Мегеля. Дух планеты тоже поприветствовал бессмертного, улыбаясь его мастерству. И приходя в восторг от его завораживающей, смертоносной акробатики. Прошло так мало времени, с тех самых пор, когда мы все поклялись оберегать миры от чудовищных перепадов Равновесия, — размышлял Верховный Хранитель, не замечая ничего вокруг, кроме самого себя. Но Оно безжалостно ко всем нам. Перацилацус все еще продолжает содрогаться от войны. Хотя Анимей и приложил все усилия, чтобы не допустить нарастающего кровопролития… — вихревым ударом ноги, расколол горную породу разбушевавшийся бог. Но что такое сфера, размером с небольшую галактику, для Вселенной, которая породила ее? Ничто. Боги, что рождены в Лакрусе, совсем потеряли страх. Они пренебрегли своими обязанностями… Глаза Старшего божества сверкали неутомимым гневом. Он продолжал танцевать смертоносный танец, переходя из одного боевого стиля в другой. Его тело уже почти слилось со штормом, который породил Таль-Мегель. Но разум Хранителя был погружен в тревогу… Уже были попытки утихомирить зарвавшихся и обнаглевших божков. Но какой ценой? Бессмертные теряли свой статус бога, а свои миры утягивали в могилу. Так было не всегда. Раньше боги не связывали себя с миром настолько тесно, чтобы от этого мог пострадать сам мир. Но факты на лицо, — думал Таши-Олл, одновременно с этим прорабатывая знаменитый на весь Таль-Мегель, спиральный удар. Разъединить эту связь оказалось не так просто. К тому же битвы с другими бессмертными всегда оказывались не из легких. А в результате конфликта страдали звездные системы и жившие там смертные. Потому что сущностью бога была забота о смертных. О поддержании Равновесия. Если перворожденный или обычный бог связывал себя с миром слишком тесно, то сам становился частью сил Равновесия. И тогда любая его ошибка могла стоить жизни… Что-то кольнуло Верховного Хранителя в сердце, и его размышления оборвались. Прекратив тренинг, Таши-Олл огляделся. Он находился уже не на Диком Духе, а на довольно большой возвышенности, называемой Безымянной. Таль-Мегель пребывал в безмятежности. Шел сильный ливень, а гром гремел все громче. Все было как и всегда. Местная фауна была занята поиском пищи. Баланс Таль-Мегеля и общий ритм Вселенной оставался в норме.… И все же… Неужели так скоро, — пронеслось в голове Таши-Олла. Новый ученик. Что-то слишком быстро он нашел путь сюда. Обычно все происходит по-другому. Наверное, тот заряд сил, что я дал ему оказался слишком интенсивным, чтобы оставить следы моего вмешательства. Что ж, юнец неплохо соображает, раз так быстро разобрался, что к чему.