— Ладно, Гадаганус. Будь по твоему, — оскалил морду бессмертный, произнося одно, весьма изощренное заклинание, которое открыл ему когда-то, сам Игаймедон.
От удивления, Угето-Онор чуть не потерялся, когда понял, что это за заклинание. Неужто Иллиум так преуспел в Высшей Магии, что сумел освоить атафекты пространства. Губа не дура… Атафективная энергия первозданной чистоты ударной, всесокрушающей волной прокатилась по демоническим тварям, обращая сынов падшего ангела в полное ничто. Это был бесславный и мгновенный конец для отвратительных воинов «Кеатанского Легиона», в живых из которых остался только один Гадаганус. Ридимероновый меч спас протодемона, поглотив атафективную энергию Иллиума. Когда Гадаганус это осознал, то жутко расхохотался:
— Сейчас я выпотрошу тебе кишки, надоедливая ящерица!!
— Да ты просто герой, Гадаганус. — зарычал Владыка Драконов, с противоестественной скоростью атакуя зависшую в воздухе тварь.
Зная, что Иллиум не сможет противостоять энергии, обитающей в мече падшего ангела, Угето-Онор согласно Равновесию, накрыл бога Драконов своей незримой аурой. Это дало Иллиуму защиту от ридимеронового меча Асмодестеуса. После чего схватка была очень короткой.
— За моих детей… — взревел Иллиум, мгновенно разрывая Гадагануса на части своими огромными острыми когтями, способными разрезать даже алмаз. Конечно, протодемон и близко не стоял, чтобы тягаться с силой бога. Он надеялся на меч падшего ангела. Но Хранитель не дал ему воспользоваться им, чтобы убить Иллиума. Повелитель Драконов должен был выжить.
Учитывая тот факт, что воинство демонического легиона окутывала невидимая защита Падшего Творца, о которой не догадывались даже протодемоны, — Иллиуму никогда бы не удалось победить рабов падшего ангела без помощи Угето-Онора, нейтрализовавшего могучую защиту неведомого бессмертного. И дело тут не в том, что сил у бога Драконов было маловато, а в том, что адским отродьям помогали чары другого перворожденного. А с такой защитой, протодемоны могли потягаться и с младшими богами.
Этот мир пока в безопасности, пора вернуться на Азранию. Смертные еще держаться, но и это не на долго. Азранию ты проиграть никак не должен. Вот тогда, Падший, я тебя и накрою. — сверкнул глазами Угето-Онор, перенося основное свое сознание от этого мира, к планете Азрания, чей планетарный дух уже трещал по швам от несканчаемого кровопролития.
***
Зона Ильшет. Когда Асиу первым взглянул на это чудо девятиуровневого полигона, то никакого впечатления не испытал. Зато бессмертный остро чувствовал необъяснимую тревогу, словно предчувствовал некую беду. И это ему совсем не нравилось. Неровная плоскость верхушки вулканической горы, куда и вскарапкались избранные, внушала дикое беспокойство и спонтанность восприятия окружающего мира. Сильный ветер и грозные облака пролетали мимо бессмертных, а свет искусственного солнца освещал одинокую верхушку, соскальзывая вниз, к далекой земле. По законам планетарной физики на уровне тридцати четырех километров от поверхности планеты должен простираться вакуум холодного космоса. Но Таль-Мегель был разработан так, чтобы все параметры, как атмосферы, так и природных данных, оказались выше допустимого значения. Сейчас перворожденные со страхом оглядывались по сторонам, ища замаскированную Зону Ильшет среди густых облаков, чьи аморфные тела как будто смеялись над наивными и юными богами. Чему быть, тому не миновать. Мысленно проговорил Асиу, настраивая себя на неизбежное противостояние.
— Убогое местечко, правда? — надулась Рихацитель, обхватывая Асиу за талию сзади.
— Ты боишься?
— Да.
— Но тогда зачем ты здесь?
— Я… просто хотела… стать другой.
— Но зачем?
— Не знаю, просто что-то тянуло меня сюда.
— Ты просто не знаешь себя. Для перворожденной это необычно. — удивился Асиу.
— Кончай базар, — прикрикнул на них Ктулху. — А то я сам лично сброшу вас обоих в самое пекло.
— Ты прав собрат, — махнул рукой Асиу. — Мы преодолеем это, милая, еще один этап.
— Я знаю… — печально сказала Рихацитель, приготовившись к ожидающей всех финальной «резне».
— Куда теперь? — не понял Родас. — Я не вижу земли в воздухе, или что-то в этом роде.
— Она есть, просто земля скрыта от нас. — Поправила его Алим, внимательно осматривая невидимый путь, который и назывался в целом, Зоной Ильшет.
— Она права. — подтвердил Хадэрь. — Участок, подвешенный в воздушном пространстве начинается на расстоянии в десяти метров над уровнем «Внушающего Ужас».