Он хотел.
— Да.
— Я не стану этого делать.
— Хорошо. — Нэйт встал. — Тогда я уйду прямо сейчас. Скажи Инквизиции, что я сбежал.
Эрик не шелохнулся.
— Я прошу тебя остаться.
Нэйт и сам не знал, почему не переместился сразу же, зачем все еще участвовал в этом нелепом разговоре.
Покачал головой.
— Я тебе больше не нужен. А вот моя смерть сыграла бы тебе на руку. Если ты решишь помиловать меня королевским указом, этим ты поставишь крест на своем правлении. Аренор не простит.
Финистер поднял голову, чтобы посмотреть ему в глаза.
— Может быть, чтобы удержаться на троне, ты мне больше не нужен, но я нужен тебе.
Нэйт скептически фыркнул.
— Да неужели?
— Да, — и не думал отступать король, — я твой друг и я тебя не брошу. У тебя никого больше нет, и мне чертовски жаль, что это так. И я, как единственный оставшийся не чужой тебе человек, ни за что тебя не отпущу.
— Ты не можешь меня удержать.
Эрик кивнул, соглашаясь.
— Поэтому я прошу. Мне достаточно того, что ты убил этих людей неосознанно.
Вот бы и ему самому было этого достаточно.
Нэйт устало опустился обратно на стул.
— Уже завтра у стен замка соберется толпа, которая будет требовать от тебя выдать им убийцу невинных людей.
— Мы решим этот вопрос, — уверенно отмел данный аргумент Эрик. — Ты останешься?
Ему хотелось уйти. Знать бы еще куда. Жить не хотелось в принципе, но прыгать с балконов — это способ Верна, а казнить его король отказался.
Нэйтан молчал.
— Хорошо. — Теперь встал Финистер. — Дай мне слово, что останешься до завтра.
— А назавтра появится радуга, и моя жизнь станет прекрасной и счастливой? — огрызнулся Нэйт.
— Завтра будет новый день, — отрезал король. — Так ты дашь мне свое слово?
Нэйтан пожал плечами. В общем-то, ему было все равно.
— Держи, — отозвался глухо.
После чего Эрик молча покинул помещение.
Нэйт прикрыл глаза и так и сидел на стуле посреди комнаты, не шевелясь.
Их руки разъединились.
— Любопытство удовлетворено? — спросил издевательски.
Катрина проигнорировала этот тон. Она уже уяснила, что чем хуже воспоминание он показывал, тем язвительнее становился.
— Ты остался, — подытожила тихо.
Развел руками.
— Как видишь.
— И превратился в Натаниэля, — это не было вопросом.
Покачал головой уже серьезно.
— У Эрика не было выбора, ты же видела. Он бы не удержал трон, реши просто помиловать меня. Его обвинили бы в предвзятости. Было объявлено, что я умер от пыток в подземелье. Мне придумали новое имя. — Она помнила, то самое, которым Фин по ошибке назвал Нэйтана, когда нашел в таверне с целью нанять. — Убрали из замка всех неодаренных, знавших меня в лицо, одаренных заставили поклясться, что эта тайна умрет вместе с ними.
— А плащ? — Катрина перевела взгляд на темную ткань.
Нэйтан пожал плечами, будто не понял вопроса.
— Многие могли меня помнить, а появляться с Эриком на публичных выступлениях я был обязан в целях безопасности.
— Ты мог поставить иллюзию, сделать себе другое лицо.
— Угу, — к нему вновь вернулась язвительность, — и каждый раз, ставя иллюзию, я бы повторял черты по-разному, сбиваясь в мелочах, и в итоге люди бы поняли, что дело нечисто. К тому же плащ добавил таинственности.
— И ужаса, — согласилась Катрина.
В этом он был прав, плащ сделал его загадочным и устрашающим. Натаниэля боялись даже те, кто никогда с ним не сталкивался, ведь один его вид приводил в ужас.
— И что же было дальше? — спросила она, вновь вспомнив, что время ограничено. — Полагаю, теперь мы можем перейти к теме заговора?
Нэйт смерил ее взглядом, то ли оценивая, то ли что-то прикидывая.
— В общем-то, мне хотелось передать кому-то свои знания, я это сделал. Ты способная ученица.
Катрина моргнула, осмысливая услышанное. Потом возмущенно распахнула глаза.
— Нет-нет-нет, даже не думай, — возмутилась. — Еще ты обещал раскрыть все карты. Обещал. Я должна узнать про заговор.
Он смотрел прямо, не отворачивался, не гримасничал. Ее сердце гулко билось в груди. Появилось предчувствие чего-то страшного и неотвратимого.
— И ты готова довериться мне, что бы я ни сказал?
Она уже доверилась, больше чем могла бы раньше вообразить. Но сейчас от его слов ее пронзил озноб.
— Что ты сделал? — прошептала, чувствуя, что ответ ей не понравится.
Нэйтан оставался серьезен, ни тени улыбки.
— Смотри, — пальцы коснулись завязок плаща.
А потом он сбросил его с плеч. Темная ткань с тихим шелестом упала на пол.