— Наконец-то кто-то вспомнил о законах гостеприимства, — проворчал Нэйт, осматриваясь в поисках стульев, но обнаружил у трюмо только один. — Создать? — предложил.
Катрина отмахнулась и уселась прямо на мягкий ковер у кровати, подогнула под себя ноги.
— Садись, — пригласила составить ей компанию, — этой ночью я не против напиться. Пить я не умею, а падать со стула высоко и больно.
Нэйт уже наполнял бокал, повернул голову в ее сторону, изогнул бровь.
— Есть повод?
— Я выхожу замуж.
Он хмыкнул.
— Я тебе не отец, чтобы отчитывать, но тебе не кажется, что нужно знать человека немного больше недели, чтобы собираться за него замуж?
— Я знаю его давно. Это Джошуа.
— О. — Нэйтан протянул ей вино. — Это меняет дело. — Взял со стола бутылку и свой бокал и устроился рядом с ней на ковре. — Только не говори, что ты воспылала к нему внезапной любовью. — Катрину замутило, когда она вспомнила их последний поцелуй. — О, — снова повторил Нэйт, считав ее эмоции, — это уже совсем интересно, — и уже абсолютно серьезно: — Что он сделал?
Катрина слишком устала держать лицо перед сестрами и знакомыми, поэтому ответила чистую правду:
— Его отец размажет мою семью по стенке, если я откажусь. — Выпила залпом и протянула ему пустой бокал.
— Кто-то на самом деле решил напиться, — прокомментировал Нэйт, но бокал наполнил. Из своего он пока лишь чуть пригубил.
Катрина пожала плечами.
— Настроение такое. — Внутри расплывалось блаженное тепло, то ли от спиртного, то ли от присутствия Нэйтана. — Почему бы и нет?
— Да ради бога, — не стал спорить он, поколдовал над бутылкой. — Все, оно не закончится, пока мы не захотим. — Огляделся. — Где тут у тебя ванная, если тебя придется туда тащить?
Катрина ударила его плечу.
— Не надо меня никуда тащить.
— Ну или доставать, если ты решишь там прилечь. — Она стукнула его еще раз. — Что? — Он отклонился, чтобы Катрина его не достала. — Если ты решила впервые в жизни напиться, то должна осознавать последствия. Я же обещал, что не брошу тебя в беде.
Второй бокал Катрина пила медленно — чертовски не хотелось, чтобы ее стошнило в его присутствии.
— Я могу тебе помочь? — спросил Нэйтан, когда молчание затянулось. На самом деле, Катрине не слишком хотелось говорить, ей было просто хорошо оттого, что он рядом.
— Чем? Запугать Холланда и потребовать меня отпустить?
— Как вариант.
— Он просто затаит злобу и дождется момента, когда выйдет из твоего поля зрения. Ты не сможешь опекать меня вечно.
— Почему бы и нет? — возразил Нэйтан, но Катрина не восприняла его слова всерьез. Прежде всего он отвечает за безопасность короля и, даже если говорит искреннее, у него просто не будет на нее времени, как два дня назад, когда ей так хотелось поговорить.
— К тому же, — продолжала она, — Джошуа не лучше и не хуже других. Я уже не юна, мне давно пора замуж.
— Так. — Нэйтан нахмурился, отставил свой бокал в сторону. — Это уже никуда не годится. Ты что, из тех людей, кого алкоголь заставляет ныть и чувствовать себя самыми несчастными в мире? — Катрина пожала плечами, смотря куда угодно, только не на него. — Ты умная, ты красивая, десятки мужчин еще будут биться за твое сердце. Посмотри на меня. — Он протянул руку и повернул ее лицо к себе за подбородок. Катрина не сопротивлялась. — Ну? — Заглянул в глаза. — Откуда эта низкая самооценка? — А потом приблизился и коснулся ее губ своими.
Это было не так, как с Джошуа, а тепло и нежно. В первое мгновение Катрина растерялась, потом ответила. Пусть все летит в пропасть — через три дня она официально назначит день свадьбы с ненавистным ей мужчиной, а сейчас ее целует любимый, и впервые в жизни ей было по-настоящему наплевать на последствия.
Катрина несмело коснулась его волос, провела ладонью, пропустила между пальцев. Он поцеловал более требовательно, с напором, уже не так нежно, но все равно потрясающе.
А потом Нэйт прервался, прижался своим лбом к ее лбу и тихо поинтересовался:
— Что, кто-то уже пьян?
Напротив, еще никогда в жизни ее голова не была настолько ясной.
Катрина облизнула вмиг пересохшие губы и прошептала:
— Ни капельки. — А потом осмелела и первой потянулась к нему.
Что бы ни случилось дальше, этой ночью она хотела быть счастлива. По крайней мере, ей будет что вспомнить.
Одна ее рука запуталась в его волосах, вторая лежала на его груди, и Катрина чувствовала, как участилось его дыхание. Он по-прежнему держал ее лицо в ладонях и больше нигде не касался.
Катрина хотела большего. Хотела еще.