– Какой же я глупец! Как я мог не поверить в божественное исцеление? Я хотел, чтобы моя душа исцелилась, и Господь исполнил мое желание, потому как всё во власти его. Что с того, что змеиные боги предложили мне новую войну вместо вечного мира? Это всего лишь сон! И мне стоит забыть его как можно скорее.
Соорудив из плаща подобие чалмы, Мал повесил на плечо суму с Личиной мемфисских царей и двинулся в путь. Он уже готов был начать спуск с горы. Напоследок Мал обернулся и увидел, что проем в пирамиде исчез. Не веря своим глазам, он вернулся и ощупал поверхность пирамиды. Там, где только что был вход, она была такой же твердой, как и везде. Мал стал подозревать, что здесь есть какой-то специальный механизм, который выдвигает каменное перекрытие. Он посмотрел в основание пирамиды, чтобы найти глазами разъем и тут же устыдился своих мыслей. Ведь он ведет себя, как самый настоящий нибурец. Разве вход в пирамиду не открылся ему по воле божьей? Не верить в свершившееся чудо – предательство собственной веры, которая и без того слаба. Ведь Сейт-Акх давал ему наставление о том, что в пирамидах нет входа и выхода, а все ее галерии ведут в никуда.
– Так вот почему Филипп не нашел обители Христа! Вот почему Хуфтор искал Саис, но тот не открыл ему врата! Господь дозволил мне войти в число избранных, – Мал простерся по поверхности пирамиды, из его глаз покатились слезы. – Господи, за что мне такая милость? Что мне сделать для тебя? Куда мне идти? Господи, веди меня, раба твоего, по стезе своей!
Мал стремился попасть в Священную обитель, и вот он достиг цели. Теперь Мал словно бы стоял на лестнице, окутанной тьмой, где он мог видеть только ту ступень, куда должен взойти прямо сейчас. Теперь ему придется идти вперед, не зная, что будет дальше. Мал вспомнил, что обещал Лие отправиться с ней в Артемидос, чтобы помочь амазонкам, лишенным способности вынашивать здоровых детей.
– Что ж, это благородная цель!
Спуск с горы оказался намного труднее, чем подъем. Мал тяжело дышал, обливался потом, после каждого перехода спешил в тень и там прикладывался к бурдюку, чтобы утолить нестерпимую жажду. Он собирался отдохнуть, как только спустится с гор, но переоценил свои силы. С большим трудом добравшись до основания первой пирамиды, Мал валился с ног от усталости. Он не понимал, как ему так легко удалось взобраться наверх.
Его внимание привлек блестящий предмет. Мал подошел поближе и узнал меч Рамзеса, принявший изначальную форму хепеша – египетского изогнутого клинка. Он лежал на земле, цел и невредим. Мал удивился и решил, что его кто-то подложил. Он посмотрел вверх и убедился, как раз над ним находится седьмая пирамида, откуда и должен был свалиться клинок, выпавший из руки змея. Вынужденный прищуриться, Мал обратил внимание, что цвет седьмой пирамиды обладает успокаивающим зеленоватым оттенком, а цвет первой, наоборот, возбуждающим красным. Он снова посмотрел на меч, и ему показалось, что тот тоже меняет цвета. Мал поднял его с земли и принялся рассматривать. Меч Рамзеса нисколько не изменился. Мал вообразил, как клинок перетекает из одной формы в другую, становясь то большим, то маленьким, то узким, то широким, то прямым, то снова кривым. Он достал маску царей-шутов и тоже принялся ее рассматривать. Личина, так же, как и меч, обладала свойством изменчивости, только вместо самой себя, она преображала облик своего обладателя. Если с мечом Мал освоился, то маски он все-таки побаивался, догадываясь, что сила, заключенная в ней, может поработить его. Он понимал, что маска опасна, но выкинуть ее просто так Мал не мог. Хотя бы потому, что она досталась ему в обмен на змеиную кожу. Мал понимал, что хотя сейчас у него нет в ней никакой надобности, маска может еще пригодиться. В конце концов, неслучайно братья Иниотеф отдали ее именно ему.
– Стоит ли ее возвращать Матаре? Слишком страстно она желает ее заполучить… Пусть пока всё остается как есть. Пусть сам Господь распорядится ее судьбой как только сочтет необходимым.
Вернув меч в ножны, а маску в суму, Мал принялся приглядывать себе место для отдыха. С удивлением он обнаружил ранее не замеченную им брешь в пирамиде размером с человеческий рост. Словно бы кто-то только что пробил ее огромным молотом или тараном осадной машины. Мал подошел ближе и заглянул внутрь. Там было темно и прохладно. Мал шагнул вперед и вскоре почувствовал себя так, как будто находится в лесу. Присмотревшись, он обнаружил, что и в самом деле стоит на невысоком холме среди деревьев. До него донесся шум веселья, смешанный с звериными рыками. Мал вышел из-за деревьев и увидел, что в сотне шагов горит огромный костер. А вокруг собрались существа с человеческими телами и звериными головами. Их было больше десятка. Они были сильно возбуждены и громко кричали на незнакомом языке.