– Прощай, Змеиный князь – истребитель язычников, – сказал избранный Малом рулевой. – Мы слишком дорожим дарованными тобой жизнью и свободой, чтобы так быстро с ними расстаться.
– Это не ваша битва, – ответил Мал, спускаясь в шлюпку, – храни вас Господь. Прощайте, братья-христиане!
Мал положил меч Рамзеса на дно лодки, надел шлем, закрепил его на шее и впервые в жизни взялся за весла. Когг уходил прочь. С него раздавалась протяжная молитва:
– Святой гроб Господень, спаси нас!
На берегу собирались арабские воины. Они с ненавистью, страхом и одновременно с решимостью ждали схватки с амиром аль-Хидром, бросившем вызов всему мусульманскому Египту. Когда до берега осталось не более двух десятков шагов, Мал бросил весла, взял меч и выпрямившись во весь рост, громогласно объявил:
– Люди, защищающие веру ислама, расходитесь по домам, и я амир аль-Хидр – посланник змеиных богов пощажу вас.
Арабы возмущенно загудели. Малу ответил человек с холеной бородой, в украшенной камнями белоснежной чалме и сверкающей кольчуге из стальных колец, окованных серебром:
– Ты – один, а нас – сотни. Неужели амир аль-Хидр настолько презирает мусульман, что думает, будто мы – трусливые шакалы!? Зачем ты предлагаешь нам сложить оружие? Может быть, ты хочешь посрамить нас или посмеяться над нами? Верные слуги Аллаха никогда не побегут от шейтана, даже если им суждено умереть. Но не тебе, посланник рати Эблиса, решать: сражаться нам или нет. Да свершится воля Аллаха!
– Аллах Акбар! – подхватили арабы на берегу.
– Ты прав, – сказал Мал самому себе и объявил во всеуслышание, подняв над головой меч Рамзеса, – Готовьтесь к бою!
Он набрал в легкие воздуха, прыгнул в воду и, не торопясь, поплыл вдоль дна, наслаждаясь родной стихией. Меч увеличился в размерах. На берег Мал выскочил стремительно и атаковал неприятеля подобно крокодилу, набрасывающемуся на свою добычу. Обхватив рукоять длинного меча двумя руками, он принялся с поразительной легкостью разить врагов круговыми ударами. Арабы, увязавшие ногами в песке, оказались слишком медлительны и неповоротливы. Мал, напротив, был по-змеиному быстр. Меч Рамзеса в его руках вращался с невероятной скоростью, не позволяя никому из арабов подойти слишком близко, так чтобы дотянуться до него клинком, копьем или палицей. Его не могли остановить летящие отовсюду тучи стрел и дротиков. Мала защищали прочные доспехи и змеиная чешуя. Стрелы не оставляли на них даже царапины.
На Мала беспорядочно ринулись всадники. Они окружили его и попытались сбить с ног. Вместе с людьми против Мала бились животные: боевые лошади норовили его ударить копытом, а верблюды пытались дотянуться зубами и укусить. Враг отступал, оборонялся и вновь атаковал. Но все усилия арабов были напрасны. Мал без труда останавливал бесконечно набегающие на него ощетинившиеся саблями волны. Окровавленный меч без устали поднимался, опускался, из раза в раз описывал свистящую смертоносную дугу, как часть безжалостной неутомимой машины. Мир в глазах Мал окрасился в кроваво-красный цвет. Он помнил только о том, что должен сражаться, пока жив – а он был жив! Чем больше Мал полагался на змеиную силу, тем сильнее и опаснее он становился. Без благословения змеиных богов, без дарованных ими оружия и доспехов, Мал был всего лишь человеком из плоти и крови, скверным воином, в поединке не способным справиться даже с женщиной. Без змеиной неуязвимости он не достигнет Священной обители. Но сейчас он не был принцем Малом, вместо него арабов умертвлял Змеиный князь, амир аль-Хидр – истребитель язычников. Так предначертано в книге небес…
Из тех арабов, что сдались на его милость, змеиная сила пощадила лишь немногих. Они были нужны для того, чтобы разойтись во все концы Сабии и рассказать о том, что наступило время змеиных богов, о том, что мусульманам следует смириться с этим и уступить место приверженцам веры в первых богов.
«Нофер» благополучно причалил к берегу, усеянному телами убитых арабов. Первым с него сошел молодой царь Айи. Он встал на колени и припал к земле:
– Приветствую тебя, земля обетованная, питающая детей своих молоком и медом! Позволь же испить из источника, откуда льется благая жизнь для земли египетской…
Царь не сразу встал с колен. Он замер, словно бы пребывая где-то очень далеко от того места, где только что свершилось кровавое побоище.
Следом за царем на берегу появился Сейт-Акх в окружении жрецов бога Амуна. Он бесстрастно оглядел Мала. Его взгляд задержался на клинке, всё еще сохраняющем удлиненную форму: