Мал почувствовал прикосновение женских пальцев: только что увиденное оказалось сном. Наяву над ним стояла Лия со строгим выражением лица. Мал исполнился благодарности к амазонке:
– Вы спасли меня…
– Тихо! – требовательно прошептала она.
– Сожалею, что потревожил вас, – также шепотом проговорил Мал.
– Гор, это ты? – произнесла гречанка и посмотрела на Мала невидящим взглядом.
– Спите, госпожа, – Лия заботливо расправила шерстяную накидку, укрывающую Елену, – это господин Мал случайно разбудил вас.
– Они знают мое настоящее имя, – отметил про себя принц.
Елена потянулась к его руке, обхватила ее, прижала к груди и закрыла глаза. У нее спал жар, болезнь уходила из тела, которое теперь нуждалось только во сне. Лия заняла свое прежнее место на постели рядом с Еленой. Мал задул ночник и вернулся на палубу корабля, слегка покачивающегося в прибрежных водах реки. В ожидании появления жрецов, возглавляемых Сейт-Акхом, принц вспомнил слепого убийцу из сна – от человека в зеленом плаще, явившегося в видении во время игры в Амир-аль-Мадине, он отличался яростью, тогда как сам Мал, наоборот, как только заключил договор со змеиной силой стал подобен тому самому непроницаемому для чувств жрецу-отступнику.
Матросы сошли с корабля на берег и развели костры. Аузахет остался на корабле и что-то терпеливо объяснял Гору. Амазонки готовились ко сну, расстилая прямо на палубе шерстяные плащи и оживленно переговариваясь между собой. Как только Мал оказался поблизости, они разом притихли. Лара с вызовом посмотрела Малу прямо в глаза:
– Ваше высочество, – сказала она, – рассудите нас.
Нилла и Силла, странно улыбаясь, без всякого стеснения оглядывали Мала с головы до ног. Принц опустился на шерстяной плащ, давая понять амазонке, что готов ее внимательно выслушать.
– Знаете ли вы историю Александра Великого – македонского царя, завоевавшего полмира.
– Да.
– Однажды царица амазонок Талетрис привела к нему три сотни соплеменниц, и те сошлись с ним, чтобы заполучить от Александра потомство, такое же воинственное, как и он сам.
– Этот случай до сих пор мне был неизвестен, – Мал догадался, к чему клонит амазонка, но не подал и вида.
– В силе и отваге вы нисколько не уступаете царю Александру, и потому каждая из нас готова понести от вас ребенка, чтобы стать матерью отважного воина или воительницы. Скажите же, кто из нас вам по нраву, с кем бы вы легли в одну постель?
– Не думайте, что мы ищем любовных утех, – резко добавила Нилла, глаза которой то и дело вспыхивали жарким зеленым пламенем.
– Мы не только сами не стремимся получить наслаждение, но, и не желаем доставлять его мужчине, как это принято у обычных женщин, – уточнила Силла, и Малу сразу бросилось в глаза, что ее тело сегодня обнажено более, чем обычно.
– Нам необходима эта ночь, и знайте: если у амазонок рождается девочка, она остается с матерью, если мальчик, то мы возвращаем его отцу, – заключила Лара.
– Увидев, что амазонки замерли в ожидании, Мал не стал медлить с ответом:
– Ни с одной из вас я никогда не разделю ложе.
Амазонки растеряно переглянулись.
– Почему? – удивленно воскликнула Лара, – неужели среди нас нет той, кто была бы вам по нраву?
Мал с горечью подумал о том, как легко амазонки уподобились животным, не ведающим света любви и истины – настолько желание продолжения рода затмило их разум.
– Каждая из вас достойна любви. Причина во мне. Я дал обет верности своей возлюбленной и не собираюсь нарушать его.
Не сказав ни слова в ответ, амазонки дождались, когда Мал покинет их, и легли спать.
На следующий день корабли, идущие под флагами солнечных богов, достигли берега Амир-аль-Мадины. Амазонки помогли Малу надеть доспехи и зашнуровать удерживающие их ремни. Городские ворота были открыты настежь. Арабы вели себя так, как будто ничего не знали о пришествии аль-Хидра.
– Возможно, это всего лишь уловка, – подумал Мал. – Неужели враг хитрит, рассчитывая на то, что мы потеряем бдительность?
На городских башнях по-прежнему развевались зеленые флаги – арабы не собирались сдавать город без боя, и в то же время они беспорядочно толпились на пристани, не проявляя никаких признаков воинственности. Сейт-Акх распорядился без опаски высаживаться на берег. Арабы приняли трап, и Мал первым спустился по нему на землю. Навстречу ему вышел стройный юноша с коротко остриженными волосами и поклонился Малу: