– Девку оглушили? – спросил голос, который мне что-то напомнил, но что, я пока не мог сообразить. Что-то неприятное, это точно.
– Я на неё два раза пшикнул, – похвастался один из тех, что меня нёс. – До утра глаз не раздерёт.
Меня бросили на пол, и я, докатившись до стены, остановился.
– Вы двое – в коридор, – распоряжался тот же голос. – Один на развилке, второй у входа, чуть чего – свистите. Ты – к окну. Вы двое тут стойте.
Я сел на полу, дрожащими руками стянул с головы мешок, выплюнул кляп. Зал, в который меня притащили, был огромный и пустой, совершенно круглый. Впрочем, нет, пустым я бы этот зал не назвал. Его освещали факелы, вставленные в держатели в стенах. Самые обыкновенные, не магические факелы. Но мне и таких хватит, чтобы устроить своим врагам весёлую жизнь.
Я сжал правую руку в кулак, готовый призвать руну, и только тогда посмотрел на человека, который ко мне приближался.
Это был маг, поскольку он носил серый плащ. И больше того, я его узнал.
– Ты?! – воскликнул я. – Это ведь ты меня толкнул! Ты тот самый брат Авеллы, она передавала мне твои извинения.
Он остановился в двух шагах от меня и скривился.
– Белянка передала от меня извинения? Смело с её стороны. Что ж, я ей за это ещё выдам. Так вот, чтоб ты знал, сопляк: я перед тобой НЕ извиняюсь.
Он был старше меня года на два, шире в плечах и тяжелее, так что о драке на кулаках можно было и не мечтать, проще сразу разбить себе голову об стену. Но что насчёт магии?
Маг Земли. Ранг – 3. Приблизительный расчёт силы Земли: текущая – 352, пиковая – 500.
Это было много. Это было дофига как много. Может, конечно, в сравнении с рыцарями этот парень и сам был щенком, но меня он явно размажет одним пальцем. Эх, говорил мне Мелаирим: качай магию! Нет же, пошёл на званый ужин.
Заметка на будущее, добавить в расширенную память: слушайся старших! Ученье – свет. Теперь бы дожить ещё до этого светлого будущего, чтобы можно было перечитать свои заметки.
– До меня дошли слухи, – продолжал парень, – что ты был у меня дома. Сидел за нашим столом, спал в одной из наших постелей…
– И измял её, – подхватил я, поднимаясь на ноги.
Парень – а я, наконец, отыскал его имя в расширенной памяти: Зован – поморщился и вытянул руку. Я увидел чёрную руну, а в следующий миг пол под ногами подпрыгнул, и я вновь упал.
– Это зал для отработки заклинаний, – сообщил Зован. – Здесь работает магия Земли, если её вдруг забыли заблокировать на ночь, вот как сегодня. У меня есть печать, и я могу делать с тобой всё, что мне заблагорассудится. А ты что можешь?
Пол подбросил меня в воздух, потом меня схватила стена. Руки будто оказались вмурованы в каменные выпуклости, появившиеся на ней. Зован медленно, рисуясь, достал из-под плаща длинный прямой меч и двинулся ко мне, указывая острием мне в грудь.
– Что можешь ты, жалкое ничтожество, у которого даже нет печати?
Я повернул голову и совсем рядом увидел горящий факел. Да, кое-что я мог. Например, «Умножение», и посмотрим тогда, как ты попрыгаешь. Или «Перемещение»: швырнуть пламя ему в рожу! Заодно и силёнки подкачаются…
Я уже почти было решился, как вдруг заметил, что Зован стоит передо мной и молча улыбается, как будто чего-то ждёт. Мудрая мысль вовремя ударила мне в голову: да меня же провоцируют! Им только того и надо, чтобы я показал руну Огня, попытался напасть. Потом меня вырубят и отнесут к Наллану, а потом…
Дальше я думать не стал. Внутри меня словно толстенная стена обрушилась – нельзя! Что бы со мной ни делали, я не использую силу Огня! Не только ради спасения себя. Ради Мелаирима и Талли, ради Натсэ, которая будет по мне скучать – да, я такой дурак, что верю в это! – и ради моей сестрёнки. И ради Авеллы. Ради всех людей во всех мирах, на которых мне не плевать и которым не плевать на меня, я должен выдержать!
Поняв, что от меня фейерверков так просто не дождёшься, Зован помрачнел. Лезвие его меча ткнулось мне в грудь, оцарапало кожу сквозь ткань пижамы. Той самой пижамы, которую выдала мне госпожа Акади, мать этого вот… Нет, не мать, конечно. Мачеха. Бедная женщина, что она забыла в этом кошмарном семействе?!
– По всей видимости, ничего, – сказал он. – Тогда я просто поучу тебя хорошим манерам, безродная мразь.
В спину мне как будто кто-то упёрся коленом, и я начал выгибаться навстречу лезвию меча. Скрипя зубами, пытался отстраниться, но сзади напирала сама стена, камень. И плоть проигрывала битву, нанизываясь на сталь.
– Видишь ли, моя сестра очень добрая. Будь её воля, она бы весь мир обогрела своим дыханием. Но воля пока что не её. Глава рода – мой отец, а я – его наследник. И когда с тобой говорю я, ты должен слушать очень внимательно. Так вот, ничтожество, ты никогда больше не подойдёшь к Авелле. Никогда больше с ней не заговоришь. Если увидишь её издалека – развернёшься и убежишь. Если каким-то чудом поступишь в эту академию, то… Ну, даже не знаю. Наверное, я просто убью тебя тогда.