Кто-то засмеялся, кто-то выразил недоверие, но таращиться перестали, начали есть. Только моя соседка справа поморщилась и буркнула, что не желает есть за одним столом с рабами. Есть, правда, не перестала. Интересно, как эта-то тумба будет нормативы сдавать…
Натсэ ела, как автомат: быстро и равномерно двигала ложкой, жевала, будто вовсе не чувствуя вкуса. Когда все покончили с супом, миски исчезли и появились тарелки со вторым. Картофельное пюре и две котлеты. Натсэ покосилась на меня.
— Давай пополам, — сдался я.
Жрать хотелось неимоверно, особенно после всей этой бешеной ходьбы по стадиону.
На то, как мы по очереди едим одной вилкой, опять таращились все.
— Как думаешь, он её — того? — услышал я чей-то полушепот.
— Да ну, вряд ли, — ответил сосед. — Ты глянь на него. Наверняка не знает, что с девкой делать.
Заржали все. Даже те, кто сидел далеко и не слышал разговора.
Натсэ отложила вилку.
— Спасибо, хозяин, вы так добры, — громко произнесла она. — Надеюсь, сегодня ночью вы будете столь же добры и вновь сделаете меня самой счастливой рабыней в мире.
Сказав это, она погладила меня по щеке.
Насмешки стихли. На меня смотрели с завистью. Парни. Девушки были скорее возмущены.
— Договорюсь насчет душа, — едва слышно прошептала Натсэ и выскользнула из-за стола.
Я уткнулся в тарелку, стараясь скрыть смущение. Поди разбери, отомстила мне Натсэ, выручила меня, или и то, и другое разом.
Когда я доклевал котлету, тарелка исчезла и появился стакан с чаем. Ужин подходил к концу, и я уже предвкушал возвращение в комнату, когда к нашему столу подошел Мелаирим.
Ученики разом вскочили, только я чуть замешкался. Мелаирим никогда не требовал от меня знаков почтения, но здесь, видимо, порядки были жестче. Он тут же замахал руками, и мы поспешили усесться.
— Меня попросили напомнить вам о мерах предосторожности, — заговорил он, скользя взглядом по лицам. — Пока у вас нет печатей, вы не можете считаться полноценными магами, а потому — уязвимы. Даже для простолюдинов. Поэтому настоятельно вас прошу: не ходите поодиночке, не пытайтесь покинуть академию после отбоя.
Вот как! Значит, после отбоя отсюда всё-таки можно сбежать! Интересно. Не знаю пока, зачем мне это, но — интересно.
— Помните про Ардока, — добавил Мелаирим. — Он был таким же, как вы. Его до сих пор не могут найти…
Слова Мелаирима прервал звук разбившегося стакана. Это у меня дрогнула рука и разжались пальцы. Потому что как только Мелаирим назвал имя, что-то внутри меня на него откликнулось, потянулось… И бессильно упало обратно.
Я поймал взгляд Мелаирима, и тот чуть заметно кивнул, подтверждая мою догадку. Потом мотнул головой в сторону выхода, приглашая поговорить. Этого жеста он не скрывал.
Глава 30
Мы встали у окна в одном из пустующих залов. Мелаирим долго смотрел на меня, и я отвечал ему таким же долгим взглядом. Он первым не выдержал молчания:
— Давно ты догадался?
— Пару дней назад. Хотя и раньше подозревал. Откуда Огню знать столько человеческих вещей? Элементарно — сколько гатсов в солсе? А мне всё это пишется перед глазами огненными буквами.
Мелаирим кивнул:
— Ты прав. Огонь, как и любая стихия, не дает никаких знаний. Это — сила и набор определенных навыков.
— Так сколько человек рассталось с жизнью, чтобы я оказался здесь?
— Двое, — твердо сказал Мелаирим. — Это было необходимо. Ардок дал Огню силу пройти в твой мир. Твоя сестра помогла вам вернуться. Но роль Ардока на этом не закончилась. Мы прекрасно понимали, что, призвав тебя, получим болвана, которого придется годами обучать одному только языку. И все равно его нельзя будет выдать за местного уроженца. Поэтому память Ардока частично перешла к тебе. Он говорит с тобой, Мортегар?
— Не так чтоб прям болтаем, — пожал я плечом и тут же скривился от боли. — Но иногда он отвечает на вопросы. А сегодня он понял своё имя и заволновался.
— И почему тебя это беспокоит?
— Шутите? — покосился я на Мелаирима. — В моей голове живут три личности. Это первое, что меня беспокоит, но не главное. Главное — я не понимаю, кто я. Сначала я вам доверился. Магов Огня несправедливо истребили, всё такое. Но теперь… Вы просто взяли и убили двух невинных человек. Запросто. Чем вы лучше этого злодея Герлима? Он хотя бы убивает рабынь, в вашем дурацком мире это норма. Но вы-то убивали людей без ошейников. А может… — Я сглотнул, волнуясь перед тем как произнести непростые слова. — А может, Огонь правильно заточили? Может, ему не нужно быть на свободе, если он творит такое?