Ученики все поняли. Двое парней начали биться в стопах света, и я уже заранее знала, что эти не выживут – Магия не прощает слабости.
- Простите меня, - произнесла я и вскинула руки.
Один за другим студенты падали на пол и начинали кричать. Прямо как в прошлом, прямо, как и я сама когда-то. Я видела, как корчатся их тела, как потоки энергии прошивают их тела насквозь, заставляя кожу краснеть, словно от ожогов, и жутко не хотела жить. Я делаю это в сто сороковой раз, черт всех подери, и я больше не могу! Я случайно поймала два взгляда и тут же отвернулась. Оба светились болью и ненавистью. Невольно посмотрела на Улю, потом на Каса. Они уже не кричали. Ульяна потеряла сознание, а парень молчал, сцепив зубы, но я видела, что он смотрит без осуждения.
Я смотрела и не могла отвернуться. Не имела права. Предстояло провести здесь всю ночь, и она будет, как и обычно, невыносимо долгой.
***
Первые столпы света погасли по моим ощущениям ближе к рассвету. Я поднялась на ноги и стала подходить к телам, ища выживших. У тех, кто прошел посвящение, на виске должна была появиться татуировка, мой личный знак – схематичный рисунок цветка. У каждого свой, но по большому счету это были лилии и ветки терновника. Всего у одного из первых десяти освободившихся не было знака. Лишь один из первой десятки был мертв, что уже было очень хорошим результатом. Минут через пятнадцать погасли последние столпы, и я стала быстро осматривать оставшихся.
Выжили! Почти все! Я ходила от одного к другому и плакала от счастья, внутренне ликуя. Из пятидесяти двух моих ребят погибло всего пятеро! Возможно, это лицемерно, но я рада, что погибло лишь пятеро, а остальные остались живы. Первый раз я могу со спокойной душой сказать, что обряд прошел удачно. Для выживших, конечно.
Среди погибших был и Кир. Я стояла над телом молодого парня, которому сейчас было всего девятнадцать и не понимала, почему Магия посчитала его недостойным. Другие погибшие действительно были слабы, двое ещё в начале откровенно паниковали, но Кир… Иногда решений Магии я действительно не понимала.
Я склонилась над парнем, как до этого и над остальными погибшими, в прощальном жесте касаясь его виска, в том месте, где должен был появиться узор, как я делала и с остальными, но тут же отдернула руку и вздрогнула. На виске Кира стал проявляться узор терновника. Значит, он будет жить. В любом случае в следующем году в моих видениях появятся ещё четыре новых лица.
Глава 4
Проходы открылись примерно через час после того, как погас последний столп света. К этому времени в сознание еще никто не пришел. Из моей группы, по крайней мере.
Стоило мне услышать скрежет плиты, я тут же поспешила накинуть назад личину, встала на свое место и активировала круг света. Ребята должны подумать, что я, так же, как и они, стояла на месте и не могла никуда уйти. Про мой истинный вид они забудут и нужно будет объяснить им, что я делала всё время их посвящения.
Как ни странно, первой в себя пришла Уля. Девушка вдруг резко дернулась на полу и открыла глаза. Боль и пережитый страх всё ещё плескались на дне её глаз, но буквально через мгновение они сменились сначала непониманием, а потом радостью. Она выжила.
Девушка осмотрелась вокруг и, не обращая внимания на столп света, в котором находилась я, поднялась на ноги и побежала к какому-то парню, лежавшему буквально в пяти шагах от неё. Побежала, это, конечно, громко сказано. Девушка с трудом передвигалась, но упорно шла к цели. Насколько я помнила, тот остался жив и его висок теперь украшал чуть резковатый, фиолетовый узор терновника. У Ули на виске пылала желтая лилия.
Девушка со стоном опустилась рядом с парнем и положила его голову себе на колени, украдкой вытирая слезы и улыбаясь. Видимо, это её молодой человек. Что ж, могу только сказать, что им крупно повезло. Лет десять назад на одном и факультетов тоже образовалась пара, но тогда девушка не пережила обряд, а потом, в след за ней, и парень покончил жизнь самоубийством. Грустная история, но я рада, что случается и что-то хорошее.
Остальные тоже понемногу приходили в себя. Кто-то стонал, кто-то молча возился, пытаясь вернуть себе ориентацию в пространстве, кто-то матерился сквозь зубы. Пускай, главное, что почти все живы. Первым меня заметил Кастимар.