— Да, я хотела бы однажды съездить куда-нибудь.
Эмма подцепила ложечкой последние остатки мороженого и отправила их в рот. Альберт улыбнулся, встал и подал руку Эмме. Она секунду помедлила и протянула свою ладошку в ответ. Альберт помог девушке подняться, после чего оставил на столе несколько новеньких больших купюр красного оттенка. Весьма щедрая оплата за мороженое. Вместе они вышли на улицу, после чего Альберт повернулся к Эмме и уверенно сказал:
— Мне кажется, что вас давно ищут, юная леди. Маловероятно, что вас отпустили погулять в город. Тем более, уже начало темнеть. Надеюсь, вы не будете против, если я провожу вас до дома.
— Я буду вам весьма признательна, — ответила Эмма. Ей все больше нравился этот молодой человек со светлыми волосами в красивом костюме, сшитом по последнему писку моды.
Эмма пошла по улице в сторону своего дома, а Альберт последовал за ней. Он слегка обогнал девушку и пошел чуть впереди.
— Вы не будете против, если мы завернем на ближайшую улицу, чтобы встретиться с одним человеком? — спросил Альберт с улыбкой, — Это не займет много времени, но мне бы хотелось увидеться с ним, раз уж мы неподалеку от площади.
— Да, конечно, — ответила Эмма, — Если это недалеко.
— Недалеко, юная леди, — ответил Альберт, сворачивая в ближайший переулок. Эмма последовала за ним. Тут же на нее повеяло затхлым душным воздухом. Довольно неприятное ощущение. Хотелось уйти с этих улиц как можно быстрее. Альберт резко остановился возле одного из пятиэтажных обшарпанных домиков. Эмма встала возле него и с удивлением посмотрела в светло-голубые глаза.
— Так, что вам надо сделать? — спросила она.
— Я должен был привести сюда вас, Эмма Найтфилд, — сказал Альберт, одним шагом оказываясь за спиной Эммы.
— Что? — глаза девушки непроизвольно расширились, и она почувствовала страх. Почти животный страх. Сейчас она была совсем одна в темном переулке с незнакомцем.
— Так, это Эмма Найтфилд, — сказал загадочный человек, вышагнувший из темноты навстречу девушке. Он был высок, светлые вьющиеся волосы растрепал ветер, красивое лицо портил только небольшой шрам на губе, а пронзительную синеву глаз подчеркивал элегантный, цвета ясного ночного неба костюм.
— Да, брат, это она, — ответил Альберт холодным голосом.
— Хорошенькая юная леди, такая чистая и невинная, — вкрадчиво заговорил, появившийся мужчина, — Меня зовут Валентин Вест, никогда не слышала обо мне?
— Н-нет, — дрожащим голосом ответила Эмма, пытаясь отступить на шаг назад, но наткнулась на Альберта.
— Значит, твои родители не говорили обо мне, — расхохотался Валентин. — Как это мило, они думали, что смогут уберечь свою дочь и победить меня. Ну, разве не глупо? Как думаешь, Альберт?
— Глупо, — сухо ответил молодой человек. Его глаза превратились в холодные голубые льдинки, он старался не смотреть на девушку.
— Как думаешь, зачем ты здесь? — спросил Валентин.
— Не знаю. Пожалуйста, отпустите меня, — быстро выпалила Эмма, жалобно глядя на Валентина. Мозг отказывался подсказывать хоть какой-нибудь способ остаться в живых в этой ситуации. Если закричать, то, может, кто и услышит, но все равно вряд ли поможет. Безнадежная ситуация. Оставалось только давить на жалость.
— Ну, зачем ты так? — расстроился Валентин, — Мы же только начали нашу милую забавную игру. Но раз ты торопишь событие, то ладно, так уж и быть, раскрою тебе маленький секрет. Я пришел сюда, чтобы убить тебя, девочка.
У Эммы перехватило дыхание от страха. Убить? За что? Почему она? На глаза навернулись слезы, губы задрожали. Первая слезинка сбежала по щеке и упала вниз.
— Не плачь, — протянул Валентин, — Все твои предки встречали смерть достойно. Будь и ты сильной. Твой отец до последнего сражался, пока я не убил его. Он не сдавался, до мгновения, когда его легкие не покинул последний вздох. Все твои предки вели себя достойно. Давай, дерись.
— У нее нет сил, — тихо сказал Альберт, — Она ничего не знала о борьбе наших семей, иначе бы не доверилась мне, услышав мою фамилию.
— Интересно, — протянул Валентин, шагнув к Эмме и беря ее за подбородок. Их глаза встретились. Взгляд Валентина не предвещал ничего хорошего, но сейчас в нем было больше любопытства, нежели агрессии. — Тебя даже не успели ничему научить. Убийство беззащитной девчонки явно не принесет мне славы, но и в живых я последнего представителя Найтфилдов оставить не могу. Что ж, выхода нет. Придется все-таки убрать тебя, но тихо прямо сейчас.