Поэтому сегодня бригадир Лутархин – боевой, нахальный, но справедливый мужичок – управлением завода был направлен на спасение предприятия. Все надеялись на прямоту и наглость коллеги, которого побаивался даже генеральный.
– Ой, граждане, убивають! – шутя произнес Лутархин, когда кто-то случайно толкнул его в спину.
Мужчина обернулся и удивился:
– Эть, ты какой красавец! Ты откуда, братишка?
Перед ним стоял молодой человек. Смугл, мускулист и немного растерян. Даже надвигающаяся жара не могла оправдать вызывающего наряда. Если белый без узоров хитон времён Древней Греции ещё можно было отнести к экстравагантной молодёжной моде, то сандалии на ногах финалили образ – перед нами участник театрального капустника.
Молодой человек важно поклонился и что-то произнёс на незнакомом языке.
«… или сумасшедший», – дополнил образ Лутархин.
– Тебя как звать?
Опять тарабарщина в ответ.
– Что ты сюсюкаешься? Сю-сю, се-сей. Зовут-то спрашиваю как?
Юноша на этот раз не ответил, а просто показал рукой на здание и снова поклонился.
– Ооо, мил-человек, так тебя в дурку заберут.
Лутархин хотел было отвязаться от незнакомца, но неожиданная идея взбодрила бригадира. Мужчина обернулся и крикнул в толпу:
– Граждане, кто мальчонку потерял?
Но надвигающаяся жара, а главное, спятившее министерство утомили людей – всем было наплевать. Лишь пара безразличных взглядов и молчание. Тогда Лутархин взял инициативу:
– Братуха, будь другом, помоги. Я вижу, ты театр любишь. Давай на часик зайдём в министерство. Как будто ты мой сын. Ты только почаще кланяйся да говори на басурманском. А остальное я сам. Лады?
Юноша молчал. Лутархин повысил голос и добавил жестикуляции:
– Ты, я, дружба! Фершейн? Мы ходить, вот туда. Андерстэнд? Час времени. Потом я тебя «ням-ням». Ресторан. Рашен пиво! Ну, согласен?
Молодой человек поняв, что мужчина хочет проводить его в большое здание, радостно кивнул и опять зачастил на своём, изредка кланяясь.
– Во-во! И пониже так, пониже. Бабы это дело любят.
Лутархин схватил «грека» за руку и повел через толпу прямо ко входу. Где напором, где силой, но чаще шутками и весёлостью бригадир прокладывал дорогу. Юноша шёл следом, сосредоточенно смотря на здание.
– Господа-товарищи, дайте пройти. Сын-инвалид. Совсем слаб умом, мычать только умеет. Никакие лекарства не помогают… От души, братуха! Спасибо! Дай бог тебе жену верную да пиво бесконечное, – успевал благодарить Лутархин. – Посмотрите до чего довели мальчонку. Он в таком виде и зимой ходит. Если мы в общей очереди будем стоять, так голосить начнёт. Точно вам говорю! Оно вам надо?... Спасибо, отец. И вам, молодые люди… А эти? Видели, нет? Вот, ведь, у чиновников ни ума, ни совести! Довели страну!... Спасибо, мамаша, дай вам бог здоровья.
Красивый мускулистый юноша в странной одежде, разговорчивый «папаша» и слова о глупости чиновников действовали безотказно. Люди расступались, Лутархин ледоходно рубил очередь.
Наконец-то подошли к окну записи.
– Фамилия-к-кому-записывались-номер-дела-не-нашла-данные-подождите-ещё.
Женский голос вместо приветствия проскрипел стандартную фразу, даже не взглянув на посетителей. За столом девушка с милым лицом, но кислым настроением сосредоточенно красит ногти. «У-у, ведьма», – поморщился Лутархин, а вслух произнёс:
– Дочка, у меня сын больной. Помоги нам, пожалуйста, попасть на приём. Ты глянь, как с ним судьбинушка обошлась. Плох совсем. Гриша, поздоровайся с красивой тётей.
– Мужчина, сколько можно повторять… – начало было скрипеть девушка, но тут же осеклась.
Повернув голову, заметила «грека» и замерла. Юноша приветливо смотрел на девушку и улыбался. Первое оружие смекалистого Лутархина сработало. Стройное мускулистое тело, смуглое лицо, юность и древнегреческий наряд победили бюрократическое хамство – дама потеплела.
– Записала вас через десять минут к Льву Петровичу.
– Вот спасибо, милая! А какой кабинет?
Лутархин оживился на человеческий поступок и нормальный голос девушки. Но вопрос про кабинет вернул молодую чиновницу в казённый транс:
– Правое крыло третьего прохода по зелёной стороне. Четвертый поворот налево, потом направо. Пройдёте два перехода до оранжевой вывески. Поднимаетесь на один этаж, вам нужен левый грузовой лифт. Жмёте цифру десять и на восьмом этаже увидите четыреста четвертый кабинет. Вам в дверь напротив. Всё, на! Обед, на!