Вернулась Зухра с напарником. Александр с порога предложил, что справится сам, но Женя отклонил. С помощью лифт-тележки, обязательной в каждом аптечном боксе, без труда усадили Дмитрия и повезли в медицинский пункт. На выходе Саня почти уговорил Зухру вернуться: «Я один справлюсь, а ты ребятам поможешь», но подошли медики, случайно проходившие рядом, и службист передумал. Всей компанией повезли раненого в палату. Женя закрыл двери и посмотрел на труп:
– Откуда топор в Кадастре? А, Вась? Ни одного случая контрабанды оружия в городе за последние десять лет. Проворонил?
Пока особист сканировал убитого, квартиру и Потехина, Василий старался вспомнить.
– Т-так прямо не скажу.
– Ладно, не напрягайся. Уже установлено, это наш старый знакомый.
Евгений достал небольшой круглый предмет и поставил на пол. Шарик запиликал, замигал и успокоился – началось.
– Евгений Малютин. Судья-прокуратор Особого отдела Министерства правопорядка и профилактики оскорблений. Открываю судебное заседание. Присутствует начальник службы правопорядка Василий Романов и двое обвиняемых: Юрий Потехин и Олег Васильев. Васильев умышленно нанёс топором удар службисту Дмитрию…
– Остапенко, – пришёл на помощь начальник.
– … Дмитрию Остапенко, таким образом, совершив насильственное преступление против личности. Был застрелен мною согласно спецуказу об искоренении насилия. Прошу списать два патрона с моего годичного запаса и выдать по приезду новые. Теперь ты.
Малютин подошёл к креслу, в котором скрюченный от страха Потехин не мог оторвать взгляда от убитого подельника.
– Юрий Потехин, вы обвиняетесь в организации преступного сообщества с целью отбора личного имущества граждан с применением насилия, – на этой фразе Василий дёрнулся, статья-то куда строже. – Анализ ДНК микрочастиц с одежды убитого установил, что Олег Васильев проживал в вашей квартире не менее трех месяцев. Частицы запрещённого оружия, которым был нанесён удар Остапенко, обнаружены на ладони вашей правой руки. Судья-прокуратор имеет честь спросить, что вы можете сказать в своё оправдание?
– Я… Я не думал. Я не хотел, – промямлил Потехин и окончательно сник.
Особист молча смотрел на обвиняемого, соблюдая протокол. Тем временем Василий старался успокоиться. Он в первый раз в жизни столкнулся с ударом топора, которого видел разве что в музее соседнего города. Впервые вживую увидел боевой пистолет, выдаваемый только спецслужбам. Он в первый раз наблюдал насильственную смерть. Начальник старался не потерять лицо перед лихим судьёй «просто Женей», но руки предательски подёргивались.
– Время вышло. Оправданий я не услышал. Напоминаю, что обвиняемый несколько раз привлекался за оскорбление граждан. Учитывая тяжесть преступления и отсутствие заслуг перед обществом, я, Евгений Малютин, судья-прокуратор Особого отдела, приговариваю Юрия Потехина к немедленной смерти.
Достал пистолет и двумя глухими выстрелами в грудь убил Потехина.
– Прошу списать ещё два патрона с моего годичного запаса и выдать по приезду новые. Заседание окончено. Расследование продолжается.
***
– Два раза бьёшь, потом кричишь «ликвидация». Если окажет сопротивление, лупишь третий раз, противник тут же умирает. Вопросы?
– Противник дееспособный от первых ударов?
– Хороший вопрос, – улыбнулся особист Зухре. – Только небольшой заряд, чтобы ошеломить преступника. Службистам важно уведомить о возможной смерти. Это обычные граждане получают свои десять минут сна, а с особо опасными не церемонимся, но даём шанс на жизнь.
– Поняла, – спокойно ответила девушка. – А пистолеты только для особистов?
– Да. Мы можем казнить без предупреждения, – Женя кивнул на лавку в парке. – Жди здесь. Я переговорю со старым знакомым.
Часом ранее Малютин вызвал службу зачистки, которая убрала трупы. Коротко поговорив с Василием и убедившись, что начальник «не тянет», отправил того с выдуманным заданием в отдел. Коротким вопросом проверил Зухру: «Что Саня?», получив отличный ответ: «Лучший в отделе, но скрытный. С поймать-сторожить справится, но за более не ручаюсь». Женя понял, что Саня лучший лишь после неё и взял девушку на задание.
– Убитый Васильев занимался контрабандой оружия прошлого века. Огнестрел не фиксировали, но топоры, ножи и кастеты попадались.
– А почему не арестовали?
На удивлённый вопрос Зухры особист промолчал. Не поймет пока девчонка, что государству нужны агенты, через которых контролируются новые очаги насилия. Но без сбоев не обходится. Как сегодня.