Человек приблизился, грибник рассмотрел – молодой парень. Лицо, как лицо, а вот одежда…
– Доброе утро, – поздоровался Иваныч.
Парень промолчал, дёрнув подбородком. На нём обычные синие джинсы, кроссовки, так не подходящие к лесу, а главное курточка. Или шубка? На худом теле шаром насажен ярко-жёлтый глобус – что-то плюшево-меховое с капюшоном, на котором виднелись два пластиковых глаза и утиный нос. Казалось, парень забыл снять верхнюю часть маскот-костюма и в таком виде ушёл с театрального капустника. «Ничего не понимаю», – растерялся грибник, но вслух произнёс:
– Осторожно, тут скользко.
Парень махнул кистью, мол, отстань, сам разберусь, но тут же споткнулся и рухнул на колени, уперевшись руками в землю. Капюшон схлопнулся на голову, превратив гостя в забавную плюшевую уточку на четвереньках. «Городской», – убедился Иваныч.
Пацан тут же вскочил и пискнул:
– Вы просто нам завидуете!
Дёрнулся в одну сторону, в другую, но запутавшись в капюшоне и мыслях, окончательно растерялся. Грибник не спеша поднял руку и помог:
– Деревня там.
«Уточка» на секунду замешкался, потом икнул и, не поблагодарив, убежал. Иваныч, хмыкнув, продолжил путь к косогору. Впереди ждала секретная полянка, которая никогда не подводила опытного грибника. Мужчина опять погрузился в счастливое одиночество тихого охотника. Собирал подберёзовики, игнорировал синявки, любовался мухоморами – «Ты посмотри, какой опять!»
Но грибника снова отвлекли. Суетливое вошканье вперемежку с кряхтением раздалось за спиной мужчины, со стороны деревни. Мужчина обернулся и в очередной раз удивился. Утренний незнакомец бегом преследовал Иваныча. За спиной молодчика связка пластиковых труб, в руках две большие сумки. Голова наклонена, набычился, собрался. Прёт ношу и кряхтит – тяжело же. На ногах прежние кроссовки, а одежда опять удивляла. Зимние кальсоны телесного цвета – ага, те, которые надевают под джинсы в холода – на теле аналогичная футболка с длинными рукавами. И всё. Дурачок в термобелье посреди августовского леса.
Иваныч так опешил, что стоял не двигаясь, раскрыв рот. Парень догнал грибника. Не сбавляя ходу, продолжая кряхтеть и тужиться, чудак обогнал Иваныча, всё время смотря ему прямо в глаза. Голова немигающей собачкой уставилась на мужчину, а тело гироскопически, как-то само тащила ношу, изредка оступаясь.
Убежав на приличное расстояние – лес в этом месте был редок, пространства хватало – чудак остановился. Скинул связку труб, открыл сумки и с удвоенной энергией стал собирать какую-то конструкцию. С удивительной сноровкой парень в течение минуты из труб и креплений собрал каркас, натянув на него брезент. Получилась небольшая сцена. Посреди берёз, осин и елей средней полосы России неуклюжила самопальная сцена метровой высоты. Строитель, спрятавшись за боковину, копошился со второй сумкой.
Иваныч почесал в затылке, вспоминая новые слова. Выбрал какое-то, проворчал – «не пойму я этих вейперов» – и двинулся к сцене. «Дурак дураком, а полянка по расписанию. Не пропадать же грибам», – решил мужчина. Но выходка «вейпера» опять ошалила Иваныча. Молодой человек запрыгнул на сцену в новом наряде. Поверх термобелья напялены обтягивающие… обтягивающие…
– Как таких из дурки-то выпускают?! – вслух осерчал грибник.
Тут стразы, там блёски. Костюм танцора бальных танцев, только вычурно-перевычурнутый. Слишком здесь, много там. А из-за спины, как меч самурая, торчит огромное павлинье перо. Парень пробежал кружок по сцене, топнул ножкой, что-то блямснуло, и чудак пустился в пляс.
Иваныч видел выступления танцевальных пар. Девушки красивы, нарядные костюмы мужчин уместны. Грибнику даже нравилось. Но этот клоун вытворял несусветную дичь. Его дёргало по сцене, как ужаленного. Дурачок выгибался всем телом и мотал головой невпопад, изредка выкрикивая звонкие звуки – «яйца, что ли, прищемил?». В общем, молодой человек царствовал.
Грибник, насмотревшись, передумал. «Вдруг укусит? Уколы потом ставить». Иваныч взял левее и решил обойти самодеятельность. Но «павлинье перо» не сдавался. Увидев, что грибник проигнорировал выступление, парень соскочил со сцены, лихо собрал всю конструкцию обратно в сумки и побежал на перерез Иванычу. В руках баулы, за спиной пластиковые трубы, а над головой перо так, хоп-хоп – покачивается в такт. Добежал, убедился, что стоит на пути грибника и… опять стал возводить брезентовую сцену.