И вот, долгожданный момент настал. Время без пяти минут полночь. Мы с соклановцами прячемся в тенях у выхода на улицу, ожидая, пока храмовый Страж завернет за угол и скроется в коридоре, ведущем к крылу обслуги и техническим помещениям.
— Ну чего там? Ушел? — не выдержал Алек.
— Тихо!
Страж остановился, недалеко у стены, затем зачем-то покрутил головой по сторонам и… Я торопливо зажал рот веснушке Кеве, прерывая прорвавшийся смех. Ну да, много ли ребенку надо, чтобы рассмеяться? А тут темно, от адреналина зубы сводит, и болтать нельзя, а то засекут. И вдруг специфический звук льющейся воды… Да он там что, бочку выпил? Эдак всю лужайку затопит, вредитель.
«Бегом», — беззвучно, обними губами, приказал я, подрываясь с места.
Стараясь не шуметь, мы мышками проскользнули за спиной блаженствующего стража, выводящего струей на траве замысловатые фигуры. Следуя за Фрисби, мы давили порывы смеха весь путь до нашего ночного лагеря. Но когда я сказал долгожданное: «Пришли», всех как прорвало. Нет, не так. Прорвало! Сдерживаться больше они не могли просто физически.
Мальчишки попадали на траву в гомерическом гоготе, хватаясь за животы. Девочки держались друз за дружку и смеялись до слез, с уморительными всхлипами и похрюкиваниями в исполнении Ланы. Донельзя потешный смех мириаланки вызывал еще большие раскаты веселья юнлингов, где отдельным украшением звенели металлические помехи переводчика Мъйята.
Как мне кажется, кел-дорец смеялся только из чувства солидарности с кланом. Уверен, для его расы процесс избавления от продуктов жизнедеятельности организма происходил в каком-то ином порядке. Мъйят единственный из первого клана, кто напоминает человека только в общем плане. Руки и ноги имели несколько другое строение. Что до головы, с ее уродливыми наростами на висках и затылке, да еще и маска… Хотя, тут как посмотреть. Может для Мъйят Дора это наоборот мы все страшные, а он красавец, каких поискать.
Я тоже похихикал для видимости, чтобы не казаться белой вороной. Но больше всего меня сейчас занимали насущные проблемы. Первым делом отправил Фрисби на разведку и с облегчением убедился, что наш гогот никто не засек. Место для ночных посиделок располагалось достаточно далеко от территории Храма, а холмы служили надежной преградой на пути распространения звука.
— Ладно, повеселились и хватит, — скомандовал я после возвращения Фрисби с новостями. — Вокруг никого, так что за дело.
Не буду особо утомлять подробными описаниями сбора хвороста, или походами за водой, куда отправили Нову и Алека. У речки те пробыли долго, но вернулись мокрые, смущенные, и отказывающие смотреть друг другу в глаза. И с пустой посудиной, которую я купил там же, где и траву для настоя. Пришлось идти за водой самому. И хворост собирать тоже. Помощники, блин. Ни у одной, ни у второго не хватило духу сунуться к лесной опушке, откуда доносились клекот лесной живности.
Пф, нашли чего бояться. Звуки моментально стихли, стоило послать вглубь чащи предостерегающую волну Силы. За долгие годы существования Ордена на Тайтоне, зверушки на собственных шкурах убедились, что значит связываться с джедаями, и передали этот страх следующим поколениям на генном уровне. Это я так рассуждаю, опираясь на скорость, с которой ночные гости драпали от нашего лагеря. Хотя можно было и не пугать, благо, хищников среди них не водилось. Фрисби подошел к выбору места отдыха для нас со всей возможной ответственностью.
— Джов, — чуть позже спросила меня Лана, дуя на исходящую паром кружку в руках и смотря на языки пламени весело потрескивающего костерка, почти не источавшего дыма. — А тебе не страшно идти в пещеры за кристаллами?
Дети, сидящие прямо на траве, почти вплотную к огню, жадно вдыхали запах ночных посиделок у костра. Но все они отвлеклись и навострили ушки, услышав вопрос Ланы. Наверное, уже обсуждали эту тему, но у меня по какой-то причине спросить опасались. Пока Лана снова не проявила инициативу.
— Нет.
— Совсем-совсем? А вдруг ни один тебя не выберет?
«Угу. Я не не выберу».
Пожав плечами, сделал долгий глоток из своей тары, допивая остатки горячего отвара. Хорошо! Почти как чай, только вкуснее.
— Иногда мне кажется, что ты ничего не боишься, — покачала головой девочка, так и не дождавшись ответа.
— Почему же? Кое-чего я боюсь.
— Например?