Через секунду я услышал нарастающий шум мотора, а потом увидел милицейский «уазик», после чего наша парочка мигом спрятала «макары» и когда из машины выскочил давешний лейтенант, похожий на крысу, оружия он не увидел. Но одно наше присутствие в такое время возле церкви вызвало его закономерные подозрения.
— А чего это вы тут делаете? — спросил он, прищурив глаза.
— У нас люди пропали! — выдохнул Валерон, имитируя панику. — Кто-то утащил их в эту церковь!
— Чего-о? — недоумённо протянул милиционер и потянул носом. — Вы пьяные, что ли?
— Нет. Мы серьёзно! — протараторил я, задыхаясь воздухом.
— Они в церкви пропали? — переспросил лейтенант и после наших синхронных кивков сказал: — Пойду гляну, раз так. Но если вы мне голову морочите…Простым штрафом не отделаетесь.
— Хорошо, хорошо, — зачастил Бульдог, двинувшись за милиционером.
Но стоило нам сделать всего пару шагов, как Валерон опустил на голову лейтенанта свою правую «кувалду» и тот приуныл. Его ноги сразу же подогнулись, и он упал на землю, бесчувственно вытянувшись на ней.
Бульдог же склонился над ним и прошипел:
— Как ты, сука, вовремя тут появился. В ловушку завести нас хотел? Вот хрен тебе. Стажёр, этот чёрт, скорее всего, посвящённый.
— А если нет?
— Ну, тогда вышлю ему ящик пива по почте, чтобы холодненькое к шишке прикладывал, — прорычал рыжий охотник и снова стал обходить церковь, вытащив пистолет и карманный фонарик.
Я опять пошёл за ним, хрустя разбитым стеклом под ногами, а потом помог ему отодрать от окна фанеру, которая закрывала его. Бульдог подтянулся на руках и заглянул в окно, принявшись глядеть внутрь церкви.
Он повисел так секунд пять, а затем неуверенно сказал:
— Вроде никого. Сейчас точно проверю, — охотник забрался на подоконник и посветил фонариком во тьму церкви. — Точно никого. Залезай.
Бульдог протянул мне руку и я, ухватившись за неё, оказался на подоконнике, а затем и в самой церкви, где царила почти кромешная тьма, которую пронизывали лишь немногочисленные лучи лунного света, проникавшего внутрь через различные щели, включая и парадный вход, где дверь висела на одной петле.
— А где же наши? — прошептал я, достав свой фонарик и поводя им по сторонам. Весь пол был покрыт каким-то мусором, сломанными стульями, изорванной одеждой и гнилыми досками.
— Вон, видишь? — сказал Валерон, направив луч света на небольшой люк в полу. Возле него отсутствовала пыль. — Кажись, их туда уволокли.
Мы двинулись к люку, пытаясь ступать мягко, чтобы не потрескивали доски пола. Но нам можно было и не прибегать к таким ухищрениям, потому что некоторые груды мусора неожиданно завозились и из них выскочили крепкие мужики с блестящими глазами. Их оказалось одиннадцать перекорёженных рож и всё они бросились на нас.
Я тут же заорал, начав пятиться к окну:
— Что за херня?! Мужики, вы чего?! Я, конечно, слышал, что в провинции не любят москвичей, но чтобы настолько…
Но те будто не слышали меня. И тогда Бульдог выстрелил, спровоцировав и мой указательный палец. Я от неожиданности дёрнулся и нажал на спусковой крючок, посылая пулю в гнома, который был в синем комбинезоне, заляпанном машинным маслом. Пуля ударила его в левую сторону груди, и гном сбился с шага, но не упал и даже не закричал от боли. Он так же молча, с перекошенным от злости лицом продолжил бежать в мою сторону, как бы намекая, что мне писец.
Я же в этот миг почувствовал, как у меня на голове волосы встали дыбом, и услышал яростный вопль Валерона:
— Бежим, Стажёр! Это не горгульи! Валим!
Но отступать уже было поздно. Злобные твари взяли нас в кольцо, постепенно стягивая его вокруг наших шей. Конечно, мы отстреливались, но мужиков останавливали лишь попадания в голову. А в таких условиях, когда свет фонарей метался во все стороны, тяжело было попасть в небольшой овальный объект, который ещё и приближался с большой скоростью. Поэтому нам удалось убить лишь четырёх противников, а остальные семеро повалили нас на пол и стали метелить так, будто мы задолжали им по десять мешков пшеницы и стог сена.
Мой рот мигом наполнился кровью, перед глазами всё поплыло, а рёбра весело затрещали. И я уже готовится отойти в Рай, где меня ждали гурии и десять тысяч долларов, но мужики вдруг перестали мутузить наш дуэт и куда-то нас потащили, бесцеремонно взяв за ноги.
Как оказалось, наш вынужденный путь лежал к тому самому люку в полу. А уже за ним обнаружились каменные ступени, кои я пересчитал своей спиной. Потом меня потащили по подземному коридору, где до моих ушей стали доноситься звуки заунывного пения и перед глазами заплясали отсветы живого пламени. Неужели опять вампиры? Что же происходит?