Это то, что было на первой странице, а таких шло еще как минимум двадцать.
— Хватит медлить, — гулким эхом разнесся по кабинету голос начальника отдела разведки, — нужно идти к Антипову, выбивать разрешение. Пара выходить с нашим объектом на прямой контакт.
У меня оставался еще один свободный день от работы, поэтому днем, я, недолго думая, отправился проведать Алену.
Ну, как проведать?
На глаза ей показываться я не собирался. Главное было убедиться, что с девушкой все в порядке. Беспокойство, съедавшее меня все выходные, никуда не делось. Сам я враждебного присутствия не ощущал, разве что вернулся тот, кто наблюдал за мной в последнее время.
Хотя, постойте. Взгляд, устремленный на меня, был более цепким, настороженным и в тоже время, заинтересованным, словно тот, кто шпионил за мной, заново изучал мои повадки и оценивал поведение.
Значит, наблюдатель сменился.
Особой разницы не заметил, но постоянное присутствие чужого человека за спиной, начало вызывать чувство дискомфорта. Появилось желание подкараулить своего преследователя и расспросить с пристрастием.
Только как это сделать?
Пока счел необходимым отложить решение данного вопроса на некоторое время и выполнить первостепенные задачи, которые сам для себя поставил.
Приехал раньше открытия. Припарковался рядом со зданием, в котором располагалось кафе, и остался сидеть в машине.
Неплохой наблюдательный пункт. Очень удобный ракурс, с которого прекрасно видно вход в заведение.
Пока ехал, смотрел в зеркало заднего обзора, пытаясь заметить преследующий меня автомобиль. Безрезультатно. Вот ведь, профессионал хренов.
Даже сейчас, чувствуя чужое присутствие, не мог определить, с какой стороны оно исходило.
Алена появилась минут через двадцать. Процокала каблуками по асфальту, обернулась настороженно несколько раз и нырнула в приоткрытую дверь кафе.
Посидел еще минут десять. Вроде все спокойно. Нашего кладбищенского знакомого близко не наблюдалось.
Вздохнул свободнее и вставил ключ зажигания. Пора было наведаться в еще одно место.
Больничные коридоры встретили меня тишиной и прохладой.
Очень надеялся, что приехал не зря, и Ольга Николаевна сейчас на дежурстве.
Одел заранее купленные бахилы и двинулся вдоль отделения в сторону ординаторской.
Проходя мимо поста, услышал возмущенный окрик:
— Мужчина, вы куда? Сейчас тихий час. Посещения запрещены. Приходите после пяти вечера.
— Извините. Я ищу Лебедеву Ольгу Николаевну. Не подскажете, она на месте?
— По какому вопросу? — с любопытством произнесла медсестричка и уставилась на меня заинтересованным взглядом.
Можно было бы долго распинаться и рассказывать о причине моего визита, но я поступил по-другому.
— По личному.
Почти совсем не слукавил. Я ведь действительно пришел ни как бывший пациент или родственник нынешнего, а как…
Вот тут даже сам себе затруднился ответить.
Девушка с еще большим интересом уставилась на меня. Я прямо видел, как в ее голове закрутились шестеренки.
— А я вас помню, — задумчиво улыбнулась она, — Вы у нас не так давно лечились?
— Лечился, — не стал спорить.
— Как себя чувствуйте? Уже восстановились?
Было видно, что девчонке скучно и она не прочь поболтать.
Симпатичная, кареглазая, с ямочками на щеках, как раз в моем вкусе. Не отказался бы с такой позажигать.
Взгляд случайно опустился на пальцы правой руки. О-па, колечко обручальное.
В чужой огород не полезу. Не приучен, а жаль.
— Так, где сейчас Ольга Николаевна?
В это время раздался тревожный сигнал из палаты, и девушка развела руками.
— Ой, мне пора бежать, в семнадцатой капельница закончилась. Лебедева в своем кабинете. Идите.
— Спасибо, — благодарно улыбнулся медсестре.
Вот интересно, она меня помнит, а я ее — нет. Почему так?
Я, конечно, понимаю, что память у людей избирательна, но не запомнить такую красавицу? Где мои глаза раньше были?
Тук. Тук. Тук. Постучал в двери заведующей интенсивной терапии.
— Можно?
Ольга Николаевна сидела за компьютером и сосредоточенно что-то печатала. Светло-каштановые волосы каскадом спадали на тонкие ключицы, внимательный взгляд подернутых дымкой голубых глаз был устремлен в экран монитора.
Я и забыл, насколько она хороша. Дыхание почему-то вмиг перехватило, и я прокашлялся, пытаясь привести его в норму.
Ольга вскинула голову, смотря на меня удивленно распахнутыми глазами.
— Стас? Что вы здесь делайте?