— Мне еще завтра на полигон ехать. Егор опять гонять будет, да и в библиотеке засесть хочется, знания подтянуть, чтобы каждый раз не тыкать пальцем в небо, а понимать с кем имею дело, а еще ведьму нам с Богданой вычислять нужно. Как тут со всем управиться? Если еще и заклятия изучать, то придется не спать все двадцать четыре часа в сутки.
— Учись распределять время и ставить приоритеты, а с Калачевым — это хорошо, что поедешь. Он может многому научить.
Следующий день начался монотонно и не спеша. После запроса отправленного Теслер в отдел регистрации нелюдей, мы просматривали высланные нам данные. В городе проживало сорок три ведьмы с именем Алиса. Необходимо было сузить круг поиска, ибо наносить визит каждой из них лично, категорически не хотелось. Терять прорву времени непонятно на что, казалось верхом глупости. Ведь даже наткнись мы на нашу ведьму, понять что это именно она, вряд ли бы удалось. Мы могли запросто упустить паршивку и утекла бы от нас Алиса, как вода сквозь пальцы.
— Знаешь, если бы мне показали Бориса сразу после его ареста, я, наверно, смог бы учуять на нем ее запах, тогда найти гадину было бы в разы легче.
— Угу, — кивнула, пялясь в экран монитора Богдана, усиленно щелкая по клаве и выводя данные очередной ведьмы, но вскоре застыла, а затем, подняла голову и бешеным взглядом уставилась на меня.
— Новиков — ты гений!
— Поясни.
Теслер подскочила с места и начала нервно расхаживать по кабинету.
— Ведьма не может наложить проклятие вервольфа не использовав при этом дурман-траву.
— Какую траву? — потряс головой в непонимании.
— Дурман-траву, ее еще называют шальная трава, водопьян, бодяк, трава ведьм, трава дьявола. Вообще, научное название датура, но им никто не пользуется. Эта травка туманит разум, не давая осознавать себя в полной мере, размягчая сознание. Под ее действием объект проклятия быстрее поддается влиянию. Им легче манипулировать. Вставай Стас, нам срочно нужно к Митину. Эта дрянь точно оставила след в квартире Бориса. Нужно проверить улики.
— Зачем? — продолжал тупить я.
— Я на сто процентов уверена, что ведьма подбросила в дом оборотня дурман-траву.
— И что нам это даст?
— Ну не просто же так она ее сыпала. Обычно датуру складывают в холщовые мешочки, обработанные выдержкой из бузины. Ай, не суть важно, главное если ее вещичка найдется среди улик, ты сможешь ее понюхать и определить запах ведьмы.
— Я тебе что, служебный пес? — взмутился вполне себе натурально.
— Нет, ты лучше чем пес, ты Видящий, а это дорогого стоит, хотя, в нашем случае, проще сказать Обоняющий. Нет, не звучит, Нюхающий, пожалуй, круче.
— Веселишься значит. Ну-ну, веселись. Только я не уверен, что из этой затеи хоть что-нибудь получится. Я чую запах самого нелюдя в непосредственной от меня близости, а вещи — они пахнут пылью и плесенью, в лучшем случае — обычным парфюмом, но попробовать все же стоит.
К Митину мы ворвались, смеясь и подначивая друг друга. Настроение было прекрасным, так как наметился хоть какой-то план действий, и мы с оптимизмом принялись за его исполнение.
Кирилл, выслушав сбивчивые объяснения Богданы, просветлел лицом и попросил подождать.
— Сейчас, принесу. Есть у меня ведьмин мешочек. Есть, голубчик.
— А не проще было бы использовать обычную поисковую собаку или того же оборотня.
Теслер закатила глаза.
— Стас, датура полностью отбивает нюх животных, а ты, в отличии от них, чувствуешь истинный запах нелюдей, который не невозможно заглушить никакими травами и специями.
Митин вернулся довольно быстро, неся в руках драгоценную улику.
— Вот. Надеюсь получится, — взволнованно произнес вампир и посмотрел на меня, положив мешочек на стол. — Знать бы раньше… Столько времени потеряли.
Подошел не спеша, настраиваясь на нужный лад. Сейчас, либо — пан, либо — пропал.
Приподнял ведьминскую вещицу и поднес к лицу. Втянул в себя воздух. Нос мгновенно уловил яркие и терпкие нотки растения, оседающие приторной сладостью на языке. Не могу сказать, понравился мне запах дурман-травы или нет, слишком неоднозначный он имел аромат, но самое главное заключалось в том, что я сумел уловить еле ощутимый, почти на грани восприятия, тонкий, исчезающий шлейф ведьмовского дыхания.
Теперь я знал, как пахнет наша подозреваемая и мог опознать ее с закрытыми глазами, достаточно было моего сверхчувствительного обоняния.
— А-ха-ха, — начал смеяться над последней проскочившей в голове мыслью.