Выругавшись, Джон уселся спиной к одному из огромных камней, пригибаясь от рикошетящих от него пуль и маленьких, но острых осколков, которые те высекали из камня. Когда охранники наконец сообразили что к чему и принялись стрелять по заползающей на вышку пятерке людей, было уже поздно. Евгений первым добрался до платформы и, добив одного из охранников, корчившегося на полу от боли и прикрывающего свой живот откуда обильно текла тёмно-красная кровь, он первым делом схватил винтовку и открыл огонь по авалонцам.
Вышки, натыканные по всему Райскому уголку, предназначались для того чтобы рабы не могли забраться к вооруженным охранникам, а так как по задумке архитекторов лагеря у рабов не должно было быть огнестрельного оружия, то борта платформы были такими же деревянными как и вся вышка и предназначались скорее как ограждение для самих охранников, нежели как укрытие и поэтому пули с легкостью прошивали старые доски. А затем, когда с авалонцами, засевшими на вышке, было покончено, Евгений увидел приближающийся к ним со стороны главных ворот большой отряд охранников с автоматами и пулеметами наперевес.
Это было совсем не хорошо, у Джона и его людей было еще не достаточно оружия, чтобы бескровно отбиться от отряда хорошо вооруженных профессионалов, к тому же превышающих его группу по численности в два раза, а именно столько авалонцев сейчас короткими перебежками двигались в их сторону, по очереди скрываясь за камнями и насыпями от пуль стрелявших по ним снайперов. Но с другой стороны — им удалось выманить довольно большой по численности отряд врага от ворот, ослабив тем самым силы авалонцев, державших оборону в данный момент от дикарей.
Вспомнив, что у некоторых охранников, которых они благополучно уничтожили, они нашли гранаты, Джон отдал приказ никому не высовываться — охранники скорее всего не знали точно где залегла группа, поэтому можно было использовать эффект неожиданности и закидать их гранатами когда они подойдут на расстояние броска. Расчеты Джона оказались верны, авалонцы двигались не конкретно к ним, а в сторону захваченных ими башен и даже и не смотрели в сторону камней, за которыми сейчас расположилась засада.
Подпустив их на оптимальную для себя и своих людей дистанцию, Джон отдал приказ об атаке. Не ожидавшие нападения с фланга, авалонцы немного растерялись, когда несколько десятков человек прошило осколками от разорвавшихся рядом с ними гранат, но быстро сообразив, что происходит, их командир тут же отдал приказ об отступлении за ближайшее укрытие. Охранники, не показывая спин медленно, под огнем группы Джона, отходили назад, отстреливаясь от неожиданно атаковавших их мятежников.
Когда им удалось все же скрыться за насыпями, у всех появилась небольшая передышка. Джон немедленно отдал приказ пересчитать патроны, а сам выглянул из-за камня и принялся считать количество тел, лежащих между ними и укрытиями, за которыми засели враги. Он быстро окинул поле боя взглядом и тут же спрятался за камень, потому как по нему открыли огонь короткими очередями. Оказалось, что за время этого кратковременного боя авалонцы потеряли около трети своих солдат, что не могло не радовать, особенно на фоне того, что из его группы никто не погиб.
Однако отчет о количестве оставшихся боеприпасов тут же внес свою ложку дегтя. Они потратили больше половины патронов и все гранаты, да и у Жени, который засел на вышке, стреляя по авалонцам и не давая им высунуться из-за их укрытия скорее всего тоже не густо осталось. Охранники тем временем не теряли времени зря. Пока Джон раздумывал как же дальше поступить, они начали повторную атаку, первым делом открыв огонь из пулеметов по вышке Евгения. Тот тут же опустился вниз и отполз за лежавшие на платформе тела убитых охранников и рабов, из которых только он один и выжил — какая никакая а все же преграда летящим в его сторону пулям.
Затем из-за насыпей хлынули авалонцы, перебежками подступая к позиции Джона, делая это грамотно и профессионально: пока одна половина двигается вперед, другая половина, припав на одно колено прикрывает их движение, затем роли меняются и все повторяется по новой. Рабы же, по приказу Джона, вытянув руки с оружием из-за укрытия, вели неприцельный огонь по приближающимся к ним силам противника. Когда те подобрались совсем близко, он уже было решил что всё, вот он, конец его жизни, потому что как только они обогнут камни — их тут же превратят в истекающее кровью решето.