- Гадость какая, - взвизгнула Валя и выбила из рук подруги икону.
- Не поняла, - удивилась Вика.
- Ты разве не чувствуешь, от нее такая чернота идет, холод, аж мороз по коже прошелся.
Икона улетела на пол.
- Давай ее сожжем, - предложила Вика.
- Я тебе точно голову тогда оторву, и сердце твое сожру, - детский голосок за дверью перешел в густой мужской бас.
Аббадон встал в стойку, вздыбил шерсть на спине и завыл, как пожарная сирена.
- Я сама сожру твое черное сердце, - ощерилась Вика и со всего размаха наступила на икону ногой.
Где-то завыли и зарыдали сотни разных голосов. Несколько кулаков задолбили в дверь.
- Они нам сейчас всю часовню разнесут, ироды, - тихо прошептала Валя.
- Ага, - хитро улыбнулась Вика.
Она налила немного керосина на деревянную икону, и поднесла спичку.
- Сейчас Валька, мы с тобой согреемся.
- Вика, за байк не боишься?
- Все будет путем.
Дерево вспыхнуло и осветило часовню своим огнем. Валя ахнула. Все стены часовни были расписаны ликами святых и все они были исчирканы и поцарапаны. С той стороны выли и ломились в дверь.
- Смотри, как зашевелилось осиное гнездо, - хохотнула Виктория.
- Викусь, их там много, очень много. Они же нас с тобой на клочки разорвут. Не быть нам с тобой вурдалаками, сразу в стадию корма перешли.
Лик на иконе исходился беззвучным криком, и корчился в страшных гримасах. .
- Снимай, Валюха браслет. Чего там дядя сказал? Только хатку не сожгите. Кто у нас упыри? Это мертвяки, которых не придали правильно земле, не отчитали и не отпели. Давай-ка, Валюша, их по старой доброй славянской традиции предадим огню.
- Вика, как? Мы же не выйдем отсюда.
- А нам и не надо. Ты же на расстоянии может поджигательством заниматься.
- Вика, я еще не умею толком управлять собственным даром. А вдруг я нас с тобой спалю.
- Ну, значит, упыри нами не позавтракают, - хмыкнула Вика, - Жги, красотка.
Абаддон продолжал работать сигнализацией. Валентина попыталась настроиться, но у нее это плохо получалось. Обстановка не располагала к нормальному настрою. В воздух стали подниматься разные предметы. Орущий Аббадон вылетел на середину часовни и продолжил парить в воздухе. Вверх поднялись и закружились огненные остатки от иконы.
- Валя, не нас спалить, а их, - зашипела Вика.
- Помоги мне, я не могу сосредоточиться.
- Если я тебе помогу, то у нас ничего не получится.
Кот подплыл к уже тлеющим углям и лапой запулил их в окно.
- Получи, фашист, гранату, - обрадованно воскликнула Вика, - Пошла жара.
Угли улетели в сухую траву и тут же она вспыхнула высоким пламенем, затрещала, завыла. Ветер понес ее в разные стороны, радуясь и любуюсь на яркий огонь.
- Вика, мы сами не сгорим? - тих спросила Валя, - Кладбище то горит.
- Нет, мы же в каменном мешке, а вот задохнуться запросто. Доставай майку или платок, сейчас намочим остатками воды и сквозь мокрую ткань дышать будем, и ложись на пол.
За дверью слышалась возня, завывания. Постепенно затих стук и срежет. Валя с Викой лежали на полу, и слушали, что происходит за стенами часовни. Сотни голосов изрыгали проклятия, истошно выли и кричали. Трещал в огне валежник и дымила трава.
Рядом с девушками устроился Аббадон. В какой-то момент Валя провалилась в сон, хоть и Вика предупреждала ее, чтобы та не спала. Приснился грустный Илюха.
- Тимоха ищет тебя, - сказал он, - Приезжай скорей.
- Мы попали в какое-то аномальное место с упырями.
- Там есть выход между двух крестов, - сказал парень и исчез.
Больше Валентине ничего не снилось.
Глава 9. Два креста
Веки были тяжелыми и не хотели открываться, в носу и горле стоял запах гари. Хотелось спать. До Валиного лба кто-то дотронулся теплой мягкой рукой.
- Валюшка, вставай, пора, - услышала она голос бабушки.
- Ба, я еще посплю, рано ведь в школу. Хоть пять минут.
- Нет, милая, вставай, - нежно погладила Валину голову бабушка.
Вдруг тело пронзила мысль: "Бабушка померла же несколько лет тому назад". Сердце забилось в груди раненной птицей, Валя распахнула глаза и тут же вскочила. Сверху из окна пробивался солнечный свет. Вика сопела на полу свернувшись калачиком. Аббадон спокойно сидел рядом, умывался, и иногда поглядывал на свою компаньонку, дескать чего вскочила, ложись давай, спи, сейчас уже можно.
Валя прислушалась, за стенами было тихо, только кое-где потрескивало дерево. За ней следом вскочила Вика. Она терла глаза кулаками и с каким-то страхом поглядывала на Валентину.
- Твою же налево, я уснула, - прохрипела она осипшим голосом.