Он грациозно крался по ветке, а потом запрыгнул на чужой откос.
- Разбаловала ты его, - сердито сказал баба Клава, - Шерсть везде по квартире. Еще и разговаривать научился, небось с твоей подачи. Ковер из зала куда дела?
- Какой? - не поняла Валя.
- На стене, который висел. Он между прочим, важную надпись прикрывал.
- Нда, а я то думаю, почему Аббадон такой ворчливой, так не в кого, - усмехнулась девушка. - Мы ковер на пол постелили.
- Ковер? На пол? Я за него пятьсот рублей в свое время отдала, а она его на пол, - ахнула старушка, - А палас вы куда дели?
- Не знаю, где-то стоит, а может выкинули, - пожала она плечами. - Не до него было.
Клавдия Сергеевна снова ахнула и села на табурет.
- Что же у вас произошло тут? Я только уехала, а она уже добром начала разбрасываться. Тоже мне хозяйка нашлась. Зачем палас трогали, там ведь...
- Да все мы видели, - ответила Валя.
- Вот я уехала, все теперь в доме кверх дном. Я -то думала, что ты, Валя, ответственная девушка, а ты... Лучше бы не приезжала, не расстраивалась. Все ты готова разбазарить, испортить и выкинуть. Сама-то ничего еще в этой жизни не заработала, а уже чужим добром распоряжаешься.
От стены отделился силуэт покойницы.
- Ты чего брюзжишь, старая колоша? Бросила тут девку на произвол судьбы. А то ты не знаешь, как сила ломает, когда приходит, и никакой поддержки от родных у нее нет. Все сама и сама. Ты же не знаешь, что тут произошло, а уже поминки по старому барахлу справлять начала, - понесла на бабу Клаву бабка Неля, - Чего приперлась? Чего тут начала порядки свои наводить? Ишь губы надула, глаза выпучила. Чего зенки на меня пялишь?
- Это, это, - баба Клава тыкала пальцем в сторону Нели.
- Да, дорогуша, это я. Не узнала, что ли? Мы, конечно, с тобой давненько не виделись, но все же общие черты узнаваемы.
- Ведьма Елька?
- Она самая, собственной персоной.
- Так я слышала, что ты померла, - с удивлением посмотрела на покойницу баба Клава.
- А то не видно. Лежу в могиле и гнию без всякого удовольствия. Ты меня старше на тридцать годочков, а до сих пор жива и здорова, и благоухаешь, как майская роза. Нашла сад с молодильными яблочками?
- Иди ты в...
- Куда, а? Что воспитание не позволяет меня послать? Зато позволяет воспитание внучке мозги выклевывать, - продолжила ругаться бабка Неля.
- Ты вообще чего тут делаешь? Как смогла сюда зайти? Тут кругом разные охранные символы. На квартире защита стоит от всего такого, - возмутилась баба Клава.
- А ты, когда это все подновляла, клюшка старая? Надпись на стене уже потерлась в некоторых местах. С ее помощью можно уже демонов вызывать, а не защиту ставить. Оставила девке квартиру всю в дырах, и свалила за бугор поправлять свое здоровьице. Пусть, как хочет, так и разбирается со всем. Естественно сюда мог зайти, кто угодно, и также выйти, - Неля ткнула пальцем в сторону окна.
Аббадон уже вернулся на свое дерево и с упоением доедал какой-то кусок мяса.
- Кыш отсюда, - махнула на покойницу полотенцем Клавдия Сергеевна.
- Да ты хоть обкышкайся, мне твое общение ни в одни ворота не упали. Как была противная и заносчивая старуха, так и осталась.
Валентина только и смотрела в разные стороны, то на бабу Клаву, то на покойницу Нелю.
- Ты вообще кто такая, чтобы так со мной разговаривать? - повысила голос баба Клава.
- Я та, которая присматривает за твоей внучкой и учит ее уму разуму, если живая прабабушка не сподобилась этого сделать. Я ее, между прочим, спасла от смерти и от тьмы. А, где, ты была в это время? Кости свои грела под чужеземным солнышком и коктейли попивала. Так что завали свою едальню и помалкивай.
Валентина развернулась и вышла из кухни. Она быстро переоделась и выскочила в подъезд. На ступеньках сидел Аббадон.
- Собачатся? - спросил он девушку.
- Ага, жуть какая-то. Не ожидала я от них такого.
- Эх, сон в руку, - кивнул он, - Пошли, погуляем что ли. Деньги взяла? В пекарню зайдем, пожуем чего-нибудь.
- Нет, не взяла, без ничего выскочила из квартиры, - вздохнула она.
- Ну, ладно, - кивнул он и нырнул в приоткрытую дверь.
Она вышла на улицу и вдохнула утренний воздух. Дворник подметал около подъезда.
- Смотри, как ругаются, аж искры летят, - сказал он.
- Так тут же не слышно, - удивилась Валя.
- Зато чувствуется, - вздохнул мужчина и перешел убираться к другому подъезду.
По дереву вниз спустился Аббадон. В зубах он держал маленькую сумочку.
- Это не моя, - сказала Валя.
- Я знаю, но тащить твой рюкзак не очень приятно - челюсти болят. Так, что я её конфисковал у Клавы. Я туда кинул телефон, карточку и ключи от квартиры. Все хватит болтать, пошли завтракать, а то кусок мяса был маленький.