— Как-то уж очень мрачновато звучит.
— Верно. Но такого строгого устава держались только «совершенные». Другие последователи катаризма — их называли «credentes», «верующие», — пользовались большей свободой. Большинство принимали обет, находясь на смертном одре, когда безбрачие не столь уж затруднительно. Мне кажется, катаризм стал так популярен в Южной Франции именно благодаря набожности и аскетической жизни «совершенных». Немаловажно и то, что ряды катаров пополнялись за счет представителей богатейших и наиболее влиятельных местных семейств. Как бы ни воспринимать катаров ныне, в те времена они представляли реальную угрозу для католической церкви.
— И что произошло потом?
— В конце двенадцатого столетия Папа Евгений Третий попытался использовать методы мирного убеждения еретиков. Он направил во Францию Бернарда Клервоского, кардинала Петра и Генриха Альбанского в попытке уменьшить влияние катаров, но не имел успеха. Решения, принимаемые на различных церковных соборах, также не имели реального результата, и когда на папский престол в тысяча сто девяносто восьмом году взошел Иннокентий Третий, он решил прибегнуть к значительно более жестким мерам. В январе тысяча двести восьмого года он послал к графу Раймонду Тулузскому, тогдашнему предводителю катаров, папского легата Пьера де Кастельно. Их встреча проходила в крайне враждебной обстановке, а на следующий день на Кастельно напали неизвестные и убили его. Благодаря этому Папа получил необходимый предлог и призвал к организации Крестового похода против еретиков. Крестовый поход против альбигойцев — катаров еще называли альбигойцами — длился сорок лет и стал одной из самых кровавых страниц в истории католической церкви.
— То, что ты рассказала, крайне интересно, — заметил Бронсон, — но я никак не могу взять в толк, какое отношение может иметь пара камней с надписями в стене старого дома в Италии к приведенным тобой историческим фактам.
— Да я и сама пока ничего не понимаю, — откликнулась Анджела. — В этом-то и вся проблема. Я просмотрю еще кое-какие книжки и, возможно, к завтрашнему утру получу ответы на наши вопросы.
Как только начало смеркаться, они стали искать место для ночлега.
— Самый лучший вариант для нас — небольшая семейная гостиница. Нужно держаться подальше от тех мест, где могут попросить кредитную карту.
— Даже в маленькой гостинице у них может возникнуть желание проверить твой паспорт.
— Такие вещи во Франции давно не в ходу. Здесь имеет значение только, сможешь ли ты заплатить по счету или нет.
Минут через двадцать они заехали в небольшую гостиницу в середине поселка, расположенного неподалеку от Эвре. Поужинали, погуляли по поселку и обнаружили там небольшое интернет-кафе с полудюжиной компьютеров.
— Я только проверю почту, — сказала Анджела и села за один из компьютеров.
Большая часть того, что она нашла в почтовом ящике, была обычным спамом, на удаление которого ушло значительное время. В конце списка Анджела обнаружила два письма из отдела рассылки сообщений Британского музея. Первое было обычным напоминанием о давно намеченном мероприятии, но когда она открыла второе, то застыла от потрясения.
— Что случилось? — спросил Бронсон.
— Джереми Голдмен… — прошептала она. — Здесь говорится, что его сегодня сбила машина на улице рядом с Британским музеем. Он погиб…
Несколько мгновений Крис молчал.
— В письме есть какие-нибудь подробности? — спросил он.
— Нет, только то, что его сбила машина на Монтегю — стрит и что по прибытии в больницу он был уже мертв. — Она повернулась и взглянула на Бронсона, в глазах ее читался ужас. — Как ты думаешь, это был несчастный случай? — Лицо Анджелы сделалось смертельно бледным.
— Нет, — ответил он. — И ты сама так не думаешь. — Крис шепотом выругался. — Вначале Джеки, потом Марк, и вот теперь Джереми. Клянусь Богом, я найду подонков и они ответят мне за все!
Глава семнадцатая
День предстоял долгий и тяжелый, и оба это понимали. Бронсон планировал к вечеру доехать до итальянской виллы Хэмптонов — путешествие примерно в тысячу миль. Подобное было возможно только в том случае, если бы они ехали по автострадам. Беглецы встали в семь утра, быстро проглотили завтрак, расплатились наличными за номер и еду и уехали.