Как ни странно, но человека, державшего Анджелу, судя по его внешности — дорогой костюм, идеально начищенные черные туфли, аккуратно подстриженные волосы, — можно было легко принять за банкира или бизнесмена. Правда, лишь до того момента, когда Бронсон взглянул ему в глаза. Они были черные, холодные и пустые, словно разверстая могила.
Как будто по контрасту на человеке с пистолетом были простая куртка и джинсы. Бронсон предположил, что перед ним те же самые бандиты, которые несколько дней назад пытались проникнуть на виллу. Потом они убили Марка Хэмптона, как немного ранее и его жену, а теперь еще и Джереми Голдмена. Тяжелой волной на Криса накатилась ненависть, но он понимал, что нужно держать себя в руках.
— Кто мы такие, не имеет принципиального значения, — ответил ему человек в сером костюме. — Мы очень долго искали вот это. — Он сделал жест в сторону лежащего на столе свитка.
Не отпуская Анджелу, он подошел к столу и взял свиток, пока его помощник держал под прицелом Бронсона.
— Что такого важного содержится в свитке, если из — за него должны были умереть оба моих друга? Ведь вы убили их?
Бронсон сжал кулаки и заставил себя сделать несколько глубоких вдохов и выдохов. Он не мог позволить себе потерять контроль над эмоциями.
Человек в сером костюме наклонил голову в знак утвердительного ответа.
— Лично я в том, о чем вы говорите, не участвовал, — ответил он, — но все совершалось в соответствии с моими указаниями.
— Почему этот свиток так важен? — повторил вопрос Бронсон.
Его собеседник не сразу ответил на вопрос Бронсона, вначале он отодвинул стул и толкнул на него Анджелу.
— Садитесь! — прикрикнул он и удостоверился, что она выполнила требование.
Мужчина приоткрыл свиток, взглянул на первые несколько строк, удовлетворенно кивнул и положил его в карман пиджака.
— Я отвечу на ваш вопрос, Бронсон. Видите, мне известно, кто вы такой. Я объясню вам, почему ради этого свитка можно, не задумываясь, убивать. И надеюсь, вы прекрасно понимаете, что вас ожидает?
Бронсон кивнул. Он понимал, на что намекает итальянец: бандиты намеревались поступить с ним и Анджелой так же, как они поступали со всеми прежними жертвами.
— Кто эти люди, Крис? — спросила Анджела, и Бронсон заметил, что в ее голосе нет страха, а только гнев и возмущение, словно она спрашивала о парочке незваных подвыпивших гостей, внезапно явившихся на светский раут.
Крис не мог не восхититься ее самообладанием. Он перевел глаза на человека в сером костюме.
— Ну так ответьте на мой вопрос, — настойчиво произнес он.
Итальянец зловеще улыбнулся.
— Этот свиток был написан в шестьдесят седьмом году нашей эры по специальному приказанию императора Нерона человеком, обычно подписывавшимся «SQVET». Люди, на которых мы работаем, ищут свиток вот уже пятнадцать столетий.
Крис бросил взгляд на Анджелу.
— Что вы имеете в виду? — спросила она, явно потрясенная его словами.
Итальянец отрицательно покачал головой.
— Того, что вы слышали, с вас достаточно. Могу только добавить, что в свитке содержится некая тайна, которую церковь предпочла бы скрыть. Тайна, которая способна пошатнуть фундаментальные основания религии. И вы понимаете, что произойдет, если это станет известно.
— Из чего я заключаю, что вы — или ваш наниматель, каковым, насколько я понимаю, является Ватикан, — уничтожите его как можно скорее? — заключил Бронсон.
— Не мне решать, но думаю, что они действительно либо уничтожат его, либо отправят на вечное хранение в самые недоступные архивы.
Бронсон внимательно следил за итальянцами. Он пытался разговорить их, затягивая время и обдумывая следующий ход.
Итальянец в сером костюме сделал шаг к двери и, глянув на помощника, прошипел по-итальянски:
— Убей обоих. Первым Бронсона.
Именно этого мгновения Бронсон и ждал. Второй итальянец повернул голову к шефу, слушая его приказания, кивнул, снова повернулся к Бронсону и прицелился.
Но Бронсон уже начал действовать. С того момента как он покинул Британию, Крис ни на минуту не расставался с браунингом. Он сунул руку под куртку, вытащил пистолет из-за пояса, снял с предохранителя и взял на прицел итальянца.
— Опустите оружие! — крикнул он на хорошем итальянском. — Если вы хоть немного пошевелите пистолетом, я стреляю.
В течение нескольких мгновений никто не сдвинулся с места.
— Выбирайте, — кричал Бронсон, не сводя глаз с оружия в руках у итальянца. — Вы забираете чертов свиток и убираетесь отсюда, и мы все остаемся живы. В противном случае один из вас умрет.