В тот момент, когда Бронсон взял на прицел итальянца с оружием, стоявшего на расстоянии пятнадцати футов от него, другой, в сером костюме, ловким кошачьим движением схватил Анджелу за волосы, стащил со стула и прикрылся ею, как щитом.
— Крис! — крикнула Анджела, но он ничего не мог сделать, чтобы помешать итальянцу.
Если тот выстрелит, то, несомненно, заденет ее.
В считанные секунды итальянец вытащил сопротивляющуюся Анджелу из комнаты.
Бронсон остался один на один с вооруженным бандитом. Пару секунд они просто смотрели друг на друга, потом итальянец что-то пробормотал и поднял пистолет. У Бронсона не оставалось выхода. Он прицелился и нажал на спуск. Браунинг вздрогнул в руке, в закрытом пространстве комнаты звук выстрела показался оглушительным, гильза отлетела в сторону.
Итальянец вскрикнул и отпрянул назад, его левое плечо вдруг стало красным. Он схватился за рану, выронив пистолет.
Бронсон рванулся вперед и подобрал пистолет, в котором мгновенно узнал девятимиллиметровую «беретту». Раненый больше не занимал его. Теперь Бронсона интересовали только судьба Анджелы и то, что происходило за закрытой дверью в гостиную.
Тут сказалась военная подготовка Бронсона — если бы он сейчас распахнул дверь и вышел в соседнюю комнату, то стал бы легкой мишенью для второго итальянца, при том условии, конечно, если бандит вооружен. Что Анджеле, конечно, никак не помогло бы.
Поэтому Бронсон начал действовать с крайней осторожностью: сделал несколько шагов, прислонился к каменной стене рядом с дверью, медленно повернул ручку и через щель заглянул в гостиную. Итальянец не собирался его дожидаться, он находился уже почти у противоположной двери, которая вела в коридор. Обхватив толстой рукой шею Анджелы, он тащил ее по полу.
Бронсон распахнул дверь, вошел в гостиную, быстро прицелился и выстрелил в каменную стену рядом с дверью в коридор. Итальянец повернулся, на лице у него читались изумление и почти страх, и в это мгновение начала действовать Анджела.
Когда итальянец остановился, она подняла правую ногу и резким движением провела туфлей по его левой голени, а затем изо всей силы ударила каблуком по верхней части ступни.
Он взвыл от боли, отпрянул и выпустил Анджелу. Она откатилась в сторону, оказавшись вне зоны возможной перестрелки, а итальянец, хромая, бросился к двери.
Бронсон направил на него оружие, но тот уже скрылся где-то в коридоре, и через несколько мгновений Бронсон услышал стук захлопнувшейся входной двери. Бронсон подбежал к окну и увидел, как человек в сером костюме, слегка прихрамывая, поспешно удаляется от дома.
Бронсон повернулся к Анджеле.
— Ты в порядке? — спросил он.
Анджела кивнула. Волосы у нее были спутаны, лицо раскраснелось от напряжения.
— Спасибо аэробике и туфлям, — сказала она. — Мне они всегда нравились. А что со вторым?
— Я его ранил, — ответил Бронсон. — Он в столовой, кровью залил весь пол.
— Они хотели нас убить! Ты всего лишь оборонялся.
— Конечно, но мы отнюдь не в безопасности. Нужно как можно скорее убираться отсюда, ведь итальянец в сером костюме в любую минуту может вернуться с подкреплением.
— А что будем делать со вторым? — спросила Анджела, кивнув в сторону двери в столовую, из-за которой доносились стоны и вопли. — Мы должны отвезти его в больницу.
— Он хотел убить нас, Анджела. И меня не интересует, выживет он или умрет.
— Ты не можешь просто так бросить его. Это бесчеловечно. Мы обязаны как-то помочь.
Бронсон глянул на дверь в столовую.
— Ладно. Поднимайся наверх. Забирай вещи. А я что-нибудь придумаю.
Анджела пристально взглянула ему в глаза.
— Не убивай его, — сказала она.
— У меня такого и в мыслях не было.
Бронсон прошел в туалет, нашел там пару полотенец и вернулся в столовую, держа наготове браунинг. Впрочем, в пистолете не было никакой нужды. Итальянец лежал на полу в луже крови и стонал, пытаясь правой рукой остановить поток крови из раны в плече.
Бронсон положил оба пистолета на стол подальше от раненого, затем наклонился, приподнял его и усадил. Снял с него ветровку и кобуру, которая была под ветровкой. После чего сложил полотенце и поместил его на рану, затем уложил парня так, чтобы тяжесть тела помогла уменьшить кровотечение.
— Держи, — сказал Бронсон по-итальянски, прижимая другое полотенце к окровавленной правой руке парня над тем местом, куда вошла пуля.
— Спасибо, — пробормотал итальянец, тяжело и шумно дыша. — Мне нужен врач.